Московские подворья Восточных патриархатов

и их борьба за «собственность всей греческой нации»

после революции 1917 г.

Александр Мазырин

The Moscow courtyards of the Eastern Patriarchates and their struggle

for the «property of the entire Greek nation» after the Revolution of 1917

Alexander Mazyrin

(Saint Tikhon Orthodox Humanitarian University, Moscow, Russia)

DOI: 10.31857/S2949124X23040132, EDN: HORSYR

До 1917 г. Россия дорожила статусом ведущей православной державы

и уделяла большое внимание выстраиванию отношений с Восточными патри-

архатами (Константинопольским, Иерусалимским, Антиохийским и Алексан-

дрийским). Их подворья появились в Москве в XIX в.: первым - Иеруса-

лимское при храме Апостола Филиппа на Арбате, затем - Антиохийское при

Вознесенско-Ипатьевской церкви в Китай-городе и Александрийское при Ни-

кольском храме в Подкопаях, последним - Константинопольское при храме

Преподобного Сергия Радонежского в Крапивниках¹. Самыми состоятельными

являлись Иерусалимское подворье, которому принадлежало четыре доходных

дома в центре Москвы², и Константинопольское, владевшее одним, но боль-

шим зданием³. Двумя доходными домами рядом с храмом располагал и Алек-

сандрийский патриархат⁴. Собственность эта приносила весьма существенный

доход. В Советской России в условиях военного коммунизма греческие пред-

ставительства не смогли сохранить свою московскую недвижимость, но упорно

за неё боролись. Между тем этот аспект их адаптации к реалиям большевист-

Статья подготовлена в рамках проекта «Развитие взаимоотношений Русской Православной

Церкви с другими Поместными Церквами в 1917-1945 гг. в свете изменений политической обста-

новки и особенностей экклезиологических воззрений ведущих церковных деятелей того времени»

при поддержке ПСТГУ и Фонда «Живая традиция».

Паламарчук П.Г. Сорок сороков: краткая иллюстрированная история всех московских хра-

мов. В 4 т. Т. 2. Изд. 3, испр. и доп. М., 2004. С. 75-76, 152-156, 198-201, 349-354. Наиболее

основательно историками исследованы Иерусалимское и Константинопольское подворья. См.:

Καλαϊτζῆς Χρ. Τὸ Μετόχιον τοῦ Οἰκουμενικοῦ Πατριαρχείου ἐν Μόσχᾳ «Ὁ ἅγιος Σέργιος» καὶ οἱ ἡγούμενοι αὐτοῦ

(1881-1936). Γενεύη; Κατερίνη, 1991; Вайнтрауб Л.Р. История возникновения и деятельность Иеру-

салимского патриаршего подворья в Москве // XV ежегодная богословская конференция ПСТГУ.

Т. 1. М., 2005. С. 204-209; Дахин А. Храм Воскресения Словущего у Арбатских ворот (Св. апо-

стола Филиппа на Арбате): от московской приходской церкви к патриаршему подворью Иеру-

салимского Патриархата в XVII - конце XX вв. Дис. … канд. богословия. Сергиев Посад, 2015;

Мазырин А.В. Подворье Константинопольской патриархии в Москве и проблемы межцерковных

отношений в 1917-1938 гг. // Российская история. 2016. № 5. С. 104-123.

Адреса домов: Пречистенский бульвар, 29; Филипповский переулок, 13 и 18; угол Арбата

и Арбатской площади, 1 (ГА РФ, ф. А-353, оп. 2, д. 697, л. 75).

Крапивенский переулок, 4 (Там же, л. 104).

Карпова М.Г. Церковь святителя Николая в Подкопаях // Церковная археология Москвы:

храмы и приходы Ивановской горки и Кулишек. М., 2006. С. 152.

174

ского правления в первые послереволюционные годы в историографии ещё не

рассматривался⁵.

Как заметил в своём объёмном труде диакон (ставший впоследствии ти-

тулярным митрополитом Константинопольского патриархата) Хризостом Ка-

лаидзис, представительства Восточных патриархатов к конфискации своего

имущества в России оказались совершенно не готовы: «Революция и какая-то

революционная дезорганизация всей политической и церковной структуры

ожидались. Но никто не мог предвидеть масштабы, природу и размах явления,

и никто не мог представить, что такой ураган дойдёт до упразднения и разграб-

ления»⁶. Десятилетиями создававшаяся доходная греческая церковная инфра-

структура в Москве исчезла за неполных полтора года.

12 декабря 1917 г. Моссовет принял постановление о муниципализации ча-

сти домовладений, после чего домовой комитет, образованный в здании, при-

надлежавшем Константинопольскому подворью, «сделал распоряжение о пре-

кращении жильцами дома внесения арендной платы за квартиры управлению

подворья, полагая, что этот дом подходит под действие упомянутого декрета».

Настоятель подворья архимандрит Иаков (Димопуло) сумел тогда отстоять своё

право взимать арендную плату с квартирантов на том основании, что «дом

Константинопольского подворья… как принадлежащий “учреждению, не пре-

следующему коммерческих целей”, и доходы с которого идут “на благотвори-

тельные цели”, не подлежит действию этого декрета»⁷.

Однако вскоре появился декрет СНК об отделении Церкви от государства.

Его 12-й пункт гласил: «Никакие церковные и религиозные общества не име-

ют права владеть собственностью. Прав юридического лица они не имеют»⁸.

Тем не менее греческий архимандрит нашёл, чем парировать и эту дискрими-

национную норму, обратившись сначала к комиссару по иностранным делам

Мосгубсовета В.М. Фриче, а затем и к главе НКИД РСФСР Г.В. Чичерину.

При этом он напомнил «господину комиссару по иностранным делам», что

«дом Константинопольского подворья… принадлежит иностранному учреж-

дению, т.е. Вселенскому константинопольскому патриархату, и при том та-

кому учреждению, которое даже нельзя назвать учреждением исключительно

религиозным, ибо оно… является настолько же установлением светским, на-

сколько и религиозным, и в своей стране не только обладает всеми правами

юридического лица, но и представляет собою там, вместе со всеми своими

епархиями в целом, вполне автономное учреждение, настоящее государство

в государстве»⁹. Таким образом, по логике Димопуло, религиозная составля-

ющая в деятельности Константинопольского патриархата не была основной,

и именно поэтому декрет, ограничивавший права религиозных обществ, на него

не распространялся.

В борьбе за собственность Фанара в Москве архимандрит Иаков апеллиро-

вал, разумеется, и к своей патриархии. 25 апреля 1918 г. он отправил патриарху

Подробнее о греческой церковной дипломатии в Москве в 1920-1930-е гг. см.: Мазы-

рин А.В., Кострюков А.А. Из истории взаимоотношений Русской и Константинопольской Церквей

в ХХ веке. М., 2017. С. 9-246.

Καλαϊτζῆς Χρ. Τὸ Μετόχιον τοῦ Οἰκουμενικοῦ Πατριαρχείου ἐν Μόσχᾳ… Σ. 738.

ГА РФ, ф. А-353, оп. 2, д. 697, л. 110.

Действия и распоряжения правительства. Декрет о свободе совести, церковных и религиоз-

ных обществах // Известия ЦИК. 1918. 21 января.

ГА РФ, ф. А-353, оп. 2, д. 697, л. 103 об.

175

Герману письмо, в котором попросил вмешаться и поддержать его ходатайства

перед Совнаркомом. «Поскольку вопрос конфискации или неконфискации

патриаршего подворья в Москве целиком зависит… от предоставления или не-

предоставления официального документа Вселенского патриархата, официаль-

но заверенного правительством Османской империи…, необходимо, чтобы мне

как можно быстрее был отправлен акт, составленный по-гречески, по-фран-

цузски или по-русски, следующего содержания: доходы нашего Подворья свя-

того Сергия…, получаемые через нашего представителя и игумена подворья…

архимандрита Иакова, отправляются из Москвы во Вселенский патриархат

и расходуются на содержание благотворительных организаций, больниц, дет-

ских приютов, школ и других подобных организаций. В подтверждение этого

выдан настоящий официальный акт, заверенный имперским министерством

иностранных или внутренних дел, для представления в компетентные органы

власти в дальнейшем». Отправить соответствующую бумагу Димопуло просил

через турецкого посла в Москве (после подписания большевиками Брестского

мира дипломатические отношения РСФСР с Османской империей были вос-

становлены). Тем временем по его просьбе аналогичное свидетельство «отпра-

вил в компетентный отдел господин консул Испании, защищающий интересы

османских организаций и граждан, которому руководство патриаршего подво-

рья очень благодарно»¹⁰.

Грамоту, которую запрашивал архимандрит Иаков, патриарх Герман под-

писал 4 июня. Но нужной Димопуло визы представителей турецкого пра-

вительства на ней не оказалось. «По установившемуся обычаю мы убежде-

ны, - пояснило её отсутствие руководство Фанара, - что патриаршей подписи,

признаваемой самой по себе в России, будет достаточно, поэтому цель будет

достигнута, поскольку и так понятно… исключительно благотворительное на-

значение учреждения»¹¹. Между тем уже 12 октября 1918 г. «Герман V отрёкся

от престола под давлением недовольной его деятельностью оппозиции»¹².

Несмотря на это, 20 ноября 1918 г. архимандрит Иаков сумел получить

подписанную заместителем наркома Л.М. Караханом справку: «Народный ко-

миссариат по иностранным делам удостоверяет, что дом Константинопольско-

го патриаршего подворья… занят Представительством вселенского (константи-

нопольского) патриарха в России, и с своей стороны находит целесообразным

освободить таковой от какой бы то ни было реквизиции, а также муниципа-

лизации и национализации»¹³. После такой рекомендации юридический от-

дел Моссовета 2 декабря 1918 г. подтвердил, что дом подворья «как занятый

Представительством вселенского патриарха в России из-под действия декрета

“Об отделении церкви от государства” исключается»¹⁴. Это удостоверение Ди-

мопуло представил в юридический отдел райсовета Городского района, кото-

рый, в свою очередь, послал 10 декабря соответствующее указание крапивен-

скому домовому комитету, и тот «таким документом удовлетворился»¹⁵.

Καλαϊτζῆς Χρ. Τὸ Μετόχιον τοῦ Οἰκουμενικοῦ Πατριαρχείου ἐν Μόσχᾳ… Σ. 739-740.

Αὐτόθι. Σ. 740-741.

Ермилов П.В. Константинопольская Православная Церковь [1908-1948 гг.] // Православная

энциклопедия. Т. 37. М., 2015. С. 257.

ГА РФ, ф. 1235, оп. 63, д. 397, л. 556.

ЦГА МО, ф. 66, оп. 18, д. 60, л. 53; ГА РФ, ф. 1235, оп. 63, д. 397, л. 555.

ГА РФ, ф. А-353, оп. 2, д. 697, л. 112.

176

Однако вскоре выяснилось, что московское имущество Фанара подпадает

под подписанный председателем ВЦИК Я.М. Свердловым 20 августа 1918 г.

«Декрет об отмене права частной собственности на недвижимости в городах»,

постановивший в ст. 2, что «в городских поселениях с числом жителей свыше

10 000 отменяется право частной собственности на все строения, которые вме-

сте с находящейся под ними землёй имеют стоимость или доходность свыше

предела, установленного органами местной власти»¹⁶. Данная норма распро-

странялась уже на все сравнительно доходные городские строения, кому бы они

ни принадлежали, не исключая и многоквартирный дом № 4 в Крапивенском

переулке. Поэтому 23 декабря 1918 г. НКИД разъяснил, что «владения Кон-

стантинопольского и Иерусалимского патриархата подлежат муниципализации

на общих основаниях». Архимандрит Иаков пытался добиться пересмотра это-

го решения и даже заручился письмом с поддержкой от датского генерального

консула в Москве, но оно не помогло. В феврале 1919 г., в соответствии с по-

становлением жилищно-земельного отдела Моссовета, состоялась муниципа-

лизация дома¹⁷.

Тогда представитель Фанара обратился к высшей правительственной ин-

станции РСФСР и 20 февраля направил управляющему делами Совнарко-

ма В.Д. Бонч-Бруевичу заявление с двумя пространными объяснительными

записками. «Честь имею, - писал Димопуло, - просить Вас ознакомиться с со-

держанием их и при представлении их Совету народных комиссаров оказать

Ваше мощное содействие в качестве блюстителя законов С.С.Ф.Р. Республики

к справедливому разрешению вопроса об изъятии от какой бы то ни было рек-

визиции и муниципализации вверенного мне Константинопольского подво-

рья»¹⁸. Архимандрит надеялся убедить большевистское правительство в том, что

дом, с жильцов которого он до недавнего времени получал плату, не подлежит

национализации, поскольку уже национализирован, в определённом смысле,

греческой нацией, причём в интересах её беднейшей части, подходящей «под

понятие пролетариата». По словам архимандрита Иакова, «точное политиче-

ское положение патриархата на основании турецких законов определяется сле-

дующим образом: весь турецко-подданный греческий народ вместе со всеми

другими христианскими народами Турции составляет одну огромную органи-

зацию, вполне автономную и возглавляемую патриархатом, который является

её объединяющим центром, а также признанным Европою и международны-

ми трактатами национальным греческим центром на Балканском полуострове.

Причём турки не желают знать племенных различий внутри этой организа-

ции, а всю эту многомиллионную массу называют общим именем Рум-мелети

и представителем её считают Вселенский патриархат, с которым только и ве-

даются и сносятся с ним по всем делам, касающимся этих народов… И только

как представитель нации, целой семьи народов, патриархат наделён такою ши-

рокою светскою властью, всеми правами полной автономии и всеми правами

юридического лица… Таким образом и все имущества, какими владеет где бы

то ни было Вселенский патриархат, будь то в Турции или за границей, состав-

ляют собственность не патриархата или Церкви как таковой, а всей греческой

Действия и распоряжения Правительства. Декрет об отмене права частной собственности

на недвижимости в городах, принятый в заседании Президиума ВЦИК от 20 августа 1918 года //

Известия ВЦИК. 1918. 24 августа.

ГА РФ, ф. А-353, оп. 2, д. 697, л. 112 об.-113 об.

Там же, л. 104.

177

нации (Рум-мелети), т.е. принадлежит всему христианскому народу в его целом

на Балканском полуострове, организованному и объединённому в учреждении

патриархата»¹⁹.

Поэтому, полагал архимандрит, «естественно придти к заключению, что

решение Московского жилищно-земельного отдела… о том, что владение Кон-

стантинопольского патриархата подлежит муниципализации на общих осно-

ваниях, нельзя признать правильным, ибо владение это не имеет характера

частной собственности (подчёркнуто в тексте. - А.М.)… Владение патриархата

имеет назначением служить культурно-просветительным и благотворительным

целям, и на удовлетворение их расходуются полностью все доходы, получаемые

с этого имения. Муниципализация этого владения будет иметь своим послед-

ствием прекращение получаемых доселе доходов, расходуемых на удовлетво-

рение вышеозначенных потребностей. Культурно-просветительные и благо-

творительные учреждения, столь необходимые для беднейшего православного

населения Константинопольского патриархата, [тогда] должны быть закрыты…

Подобное решение вопроса произвело бы удручающее впечатление на проле-

тариат всех стран. Немыслимо призывать их к объединению и одновремен-

но лишать часть их - и притом беднейшую - пособий, необходимых для их

существования»²⁰.

В действительности на Балканах и на Ближнем Востоке среди православных

сохранялось куда большее юрисдикционное многообразие, нежели утверждал

архимандрит Иаков. К 1919 г. от былого владычества турок не осталось прак-

тически ничего, и в самом Константинополе распоряжались тогда державы--

победительницы. Отождествление «христианского народа в его целом» и «гре-

ческой нации (Рум-мелети)» было измышлением фанариотов, извлекавших

из него материальную выгоду. И в период расцвета Османской империи её

правители не спешили признавать претензии Фанара на первенство над дру-

гими патриархатами²¹. В Греческом королевстве давно существовала своя ав-

токефальная церковная организация, иерархи Румынии и Сербии совершенно

не зависели от Константинопольского патриархата. Ещё в 1872 г., несмотря

на самое изощрённое противодействие националистически настроенных гре-

ческих иерархов, болгарский митрополит Анфим «получил султанский берат,

определяющий его полномочия как верховного представителя православных

болгар»²². Разумеется, не знать или забыть об этом Димопуло не мог.

Бонч-Бруевич не стал выводить вопрос о московской «собственности всей

греческой нации» на уровень Ленина и передал заявление архимандрита Иако-

ва, а также аналогичное заявление московского представителя Иерусалимско-

го патриархата архимандрита Афанасия на рассмотрение в профильный отдел

Наркомюста. В ответ председатель VIII (ликвидационного) отдела П.А. Краси-

ков сообщил, что просьбу Восточных патриархатов «о возвращении принадле-

жавших им ранее домов было решено отклонить»²³.

Там же, л. 107 об.-108.

Там же, л. 108 об.-109.

Подробнее см.: Çolak H. Ottoman central administration and primacy in the Orthodox Church:

sources and agents of knowledge and inter-patriarchal conflicts // Понятие первенства: истоки и кон-

тексты. М., 2022. С. 539-562.

Косик В.И., Темелски Хр., Турилов А.А. Болгарская Православная Церковь // Православная

энциклопедия. Т. 5. М., 2002. С. 633.

ГА РФ, ф. А-353, оп. 2, д. 697, л. 115.

178

Едва ли следовало ожидать чего-то иного от деятеля, известного сво-

ей особой антирелигиозностью и публично заявлявшего: «Мы, коммунисты,

своей программой и всей своей политикой, выражающейся в советском за-

конодательстве, намечаем единственный в конечном счёте путь как религии,

так и всем её агентам: это путь в архив истории»²⁴. Партийная программа, на

которую ссылался Красиков, принятая VIII съездом РКП(б) в марте 1919 г.,

«в области религиозных отношений» фактически намечала «полное отмирание

религиозных предрассудков»²⁵. Примечательно, что, участвуя в её обсуждении

на съезде, Красиков ставил под сомнение содержавшиеся в ней слова о необхо-

димости «избегать всякого оскорбления чувств верующих». «Ведь и отделение

церкви от государства и лишение церкви тех или иных преимуществ, привиле-

гий, лишение каких бы то ни было имуществ и прав… может истолковываться

как оскорбление чувств верующих», - напоминал он своим товарищам. «Ко-

нечно, необходимо, - заключал большевик, - чтобы церковь как орган угне-

тения была лишена рабоче-крестьянским государством материальной опоры

и всех привилегий, которыми она пользовалась для эксплуатации известной

психологии масс»²⁶.

Со своей стороны, представители восточных патриархов были крайне огор-

чены отклонением их просьб. В июне 1919 г. архимандриты Иаков, Павел,

Антоний и Афанасий отправили на Фанар составленный ещё 16 апреля отчёт,

содержание которого следовало затем донести и до других патриархатов. В нём

говорилось, что аномальная политическая, социальная и финансовая ситуация

в России сделала жизнь всех, а особенно иностранцев, крайне тяжёлой и невы-

носимой, так как установившаяся коммунистическая система упразднила все

действовавшие гражданские и церковные законы, власти Москвы, несмотря на

протесты, конфисковали имущество подворий, после чего проживавшее там

духовенство попало в ужасное экономическое положение, так как только на

питание каждого из них требовалось больше 3 тыс. руб. ежемесячно. Архиман-

дриты не знали, что делать, и интересовались, не покинуть ли им Москву. Как

отнеслись к этому сообщению патриархи, неизвестно²⁷.

Между тем после изъятия у московских представительств Восточных па-

триархатов их доходных домов пришла очередь и их храмов. В соответствии

с январским декретом 1918 г., «здания и предметы, предназначенные специ-

ально для богослужебных целей», отдавались, «по особым постановлениям

местной или центральной государственной власти, в бесплатное пользование

соответственных религиозных обществ»²⁸. Выпущенная в августе того же года

инструкция Наркомата юстиции уточняла, что «необходимое число местных

жителей, получающих в пользование богослужебное имущество, определяет-

ся местным Советом рабочих и крестьянских депутатов, но не может быть

менее 20 чел[овек]»²⁹. В бесприходных ранее храмах подворий набрать даже

20 прихожан (особенно только из греков) для подписания соответствующего

Красиков П.А. Кому это выгодно // Известия ВЦИК. 1919. 14 декабря.

Восьмой съезд РКП(б) 18-23 марта 1919 г. / Под ред. Ем. Ярославского. М., 1933. С. 391.

Там же. С. 70-71.

Καλαϊτζῆς Χρ. Τὸ Μετόχιον τοῦ Οἰκουμενικοῦ Πατριαρχείου ἐν Μόσχᾳ… Σ. 741-742.

Действия и распоряжения правительства. Декрет о свободе совести, церковных и религиоз-

ных обществах // Известия ЦИК. 1918. 21 января.

Отделение Церкви от государства и школы от Церкви в Советской России. Октябрь 1917 -

1918 г. Сборник документов / Под ред. прот. В.Н. Воробьёва. М., 2016. С. 174.

179

договора с местным советским органом было не просто. И всё же 1 февра-

ля 1919 г. архимандрит Иаков получил документ, подписанный председате-

лем юридического отдела Моссовета: «Настоящим удостоверяется, что храм во

имя Сергия Радонежского Чудотворца с двумя приделами, по Крапивенскому

пер. 4, как принадлежащий представительству Вселенского (Константинополь-

ского) патриархата в России, из-под действия Декрета об отделении церкви

от государства исключается»³⁰. Аналогичные удостоверения получили и другие

настоятели московских подворий Восточных патриархатов³¹.

В августе 1920 г. в афинском журнале «Церковный вестник» («Ἐκκλησιαστικὸς

Κήρυξ») с драматизмом отмечалось: «Все патриаршие представители и служа-

щие с ними клирики живы, однако жизнь их стала невыносимо тяжёлой. После

того как нынешние власти изъяли у них все владения патриарших престолов

вместе с получаемой от них прибылью и даже их личное имущество, позволили

им проживать только в одной комнате одной из квартир, и притом за арендную

плату, уплачиваемую государству, понятно, что, испытывая во всём нужду, они

претерпевают невзгоды из-за недостаточного питания, холода и утомления, по-

тому что сами готовят себе пищу, стирают одежду, подметают квартиры… На-

стоятелям подворий выплачивается из доходов подворий крохотная сумма на

их, если можно так выразиться, содержание, принуждая их тем самым испол-

нять в их храмах одни приходские обязанности… Если они и дальше пребудут

без какого-нибудь дохода, то просто умрут от голода, холода и эпидемических

болезней»³².

Только в апреле 1921 г. Димопуло смог отправить в свою патриархию пись-

мо, в котором сообщал, что с его здоровьем всё хорошо, хотя подворье уже три

года конфисковано и принадлежит Социалистической Российской Республике,

как, впрочем, и всё недвижимое имущество русских и иностранцев, посколь-

ку частная собственность отменена. Архимандрит не скрывал, что настоятели

патриарших подворий находятся в жалком положении, испытывая недостаток

во всём, а сам он живёт, продавая личные вещи, и это не может продолжаться

долго. Его попытка выехать из города не увенчалась успехом, и, пользуясь тем,

что храм подворья остался нетронутым, он постоянно служил в нём. Одна-

ко для дальнейшего пребывания в Москве и поддержания связей с советским

правительством ему следовало предъявить верительную грамоту, подтверждав-

шую его статус представителя Вселенского патриархата в России. Из письма

следовало, что в НКИД оказывали Димопуло помощь, но желали убедиться

в его полномочиях, получив документ, заверенный печатью гражданских вла-

стей Турции³³.

С Фанара архимандриту ответили 14 июня 1921 г., выразив радость по по-

воду его самочувствия, сохранения храма подворья и регулярного совершения

литургии. Руководство патриархата сочувствовало настоятелю и уведомляло

его об отправлении верительной грамоты. Однако 25 января 1922 г. Димопуло

вновь сетовал в письме на то, что в НКИД она так и не поступила³⁴.

ЦГА Москвы, ф. Р-1215, оп. 4, д. 16, л. 4.

См.: Там же, л. 2, 3, 27.

Καλαϊτζῆς Χρ. Τὸ Μετόχιον τοῦ Οἰκουμενικοῦ Πατριαρχείου ἐν Μόσχᾳ… Σ. 613. См. также: Мазы-

рин А.В., Кострюков А.А. Из истории взаимоотношений Русской и Константинопольской Церквей

в ХХ веке. С. 36.

Καλαϊτζῆς Χρ. Τὸ Μετόχιον τοῦ Οἰκουμενικοῦ Πατριαρχείου ἐν Μόσχᾳ… Σ. 742-743.

Αὐτόθι. Σ. 743-744.

180

Тем временем, перейдя к новой экономической политике, советская власть

стала искать, на кого бы переложить содержание жилищного фонда, ранее

принудительно муниципализированного. В августе 1921 г. СНК выпустил ряд

постановлений, призывавших к «достижению наибольшей хозяйственности

в управлении муниципализированными домами» и «привлечению населения

муниципализированных домов к самодеятельному попечению о жилищах». Бо-

лее того, местным коммунальным отделам предписывалось пересмотреть спи-

ски находившихся в их ведении домов на предмет выявления среди них тех,

которые могли бы быть переданы «коллективам и отдельным лицам». У неко-

торых бывших домовладельцев, таким образом, появлялась возможность вер-

нуть свою собственность. Речь, правда, шла о домах «незначительных разме-

ров»³⁵. Здание бывшего Константинопольского подворья таковым не являлось,

и в результате в марте 1922 г. его сдали в аренду на шесть лет образованному

в нём жилищному товариществу³⁶.

Ещё ранее, 17 октября 1921 г., церковное отделение отдела управления

Моссовета попросило VIII отдел Наркомюста «в срочном порядке сообщить:

подлежат ли передаче группам верующих церкви: Вселенского, Константино-

польского, Иерусалимского, Александровского (так в тексте. - А.М.) и Ан-

тиохийского патриархатов, т[ак] к[ак] при делах названных церквей имеются

удостоверения в том, что эти церкви не подлежат действию декрета “Об от-

делении церкви от государства”»³⁷. 3 декабря Красиков ответил: «VIII от-

дел Наркомюста, предлагая сообщить, каким правительством выданы удо-

стоверения церквам Вселенского, Константинопольского, Иерусалимского,

Александровского и Антиохийского патриархатов в том, что они не подле-

жат действию декретов об отделении церкви от государства, извещает, что

VIII отделом подобных удостоверений не выдавалось, а потому вышеназван-

ные храмы, как и все остальные, находящиеся на территории РСФСР, под-

лежат передаче группам верующих на общих основаниях»³⁸. Весной 1922 г.

храм Преподобного Сергия в Крапивниках избежал осуществлённой совет-

ским правительством громкой кампании по изъятию церковных ценностей³⁹,

но подворья трёх других Восточных патриархатов она затронула, как и прочие

приходы Москвы⁴⁰.

Архимандрит Иаков вплоть до своей смерти в 1924 г. боролся за возвра-

щение доходного дома Константинопольскому патриархату. Затем его дело

продолжил племянник и преемник архимандрит Василий (Димопуло). Обоим

содействовали раскольники-обновленцы. Но в условиях усиления антирелиги-

озных гонений в СССР греки едва ли могли на что-то рассчитывать. С 1926 г.

Димопуло добивался исключительно улучшения личных жилищных условий

(вопреки скорбным сообщениям греческой прессы, московский представитель

Фанара занимал не одну комнату, а четыре, и желал иметь ещё три). После его

смерти в 1934 г. Константинопольская патриархия, несмотря на все старания,

Действия и распоряжения правительства // Известия ВЦИК. 1921. 12 августа.

ГА РФ, ф. 1235, оп. 63, д. 397, л. 514.

ЦГА Москвы, ф. Р-1215, оп. 4, д. 16, л. 30.

Там же, л. 31-31 об.

ЦГА МО, ф. 66, оп. 18, д. 287, л. 512.

Изъятие церковных ценностей в Москве в 1922 году. Сборник документов из фонда Ревво-

енсовета Республики / Сост. А.В. Мазырин, В.А. Гончаров, И.В. Успенский. М., 2006. С. 66-67,

112, 116.

181

не сумела найти ему преемника, подворье прекратило своё существование,

а храм Преподобного Сергия в Крапивниках был закрыт⁴¹.

Схожим образом решалась судьба московских доходных домов Иерусалим-

ского подворья. Ежегодный доход от использования его четырёх домовладений

до революции составлял, по свидетельству настоятеля архимандрита Афанасия,

45 тыс. руб.⁴² Впрочем, это была мизерная часть тех средств, которые получала

из Российской империи Иерусалимская патриархия⁴³. Столкнувшись с конца

1917 г. с теми же проблемами, что и Димопуло, иерусалимский представитель,

отстаивая своё право взимать арендную плату за помещения, писал в Хамов-

нический райсовдеп, в подразделения Моссовета, в НКИД и, наконец, в СНК.

«Прежде всего следует заметить, - убеждал он Совнарком в одной из своих

записок, - что декрет об отделении церкви от государства относится только

к русской церкви и, следовательно, не может быть понимаем как примени-

мый и к церкви всякой другой страны, владеющей собственностью в России»⁴⁴.

Таким образом, разорение русских епархий и приходов никакого несогласия

у греческого архимандрита не вызывало. При этом юридически его позиция

была несостоятельна, поскольку в ленинском декрете говорилось о всей сово-

купности церковных и религиозных обществ, включая даже нехристианские,

а границы его действия обозначались словами «в пределах Республики»⁴⁵. Ни-

каких оговорок относительно иностранных структур в нём не содержалось.

Как и Димопуло, архимандрит Афанасий утверждал, что его организация

не является вполне церковной: «Иерусалимскому патриархату, так же, как

и другим патриархатам Турции на их территориях, издавна предоставлены от-

томанским правительством особые, исключительные привилегии (прономии)

чисто светской власти, закреплённые впоследствии и международными со-

глашениями с европейскими государствами»⁴⁶. Трудно сказать, какое значе-

ние эти османские порядки могли иметь в советских реалиях, особенно если

учесть, что Палестина с конца 1917 г. была оккупирована Великобританией

и не находилась уже в турецкой юрисдикции. Не более убедительно смотре-

лось и приложенное к записке удостоверение греческого консула в Москве,

подтверждавшего 2 января 1919 г., что, «как общеизвестно в Греции и на всём

Ближнем Востоке, Иерусалимский патриархат является там учреждением впол-

не автономным и светским, наделённым самою широкою светскою властью,

гарантированной европейскими международными соглашениями, и деятель-

ность которого сосредоточена главным образом на культурно-просветительных

целях и содействии благосостоянию населения на его территории»⁴⁷.

17 февраля 1919 г. архимандрит Афанасий сообщал в Совнарком об изы-

маемой у него московской недвижимости: «Самое главное…, эти дома вовсе не

принадлежат патриархату, а являются собственностью целой греческой нации.

Подробнее см.: Мазырин А.В. Подворье Константинопольской патриархии...

ГА РФ, ф. А-353, оп. 2, д. 697, л. 18.

Так, в 1903 г. только в Московской епархии сборы «в пользу Гроба Господня» превысили

475 тыс. руб., а в 1904 г. - 452 тыс. руб. (Белоногова Ю.И. Приходское духовенство и крестьянский

мир в начале ХХ века (по материалам Московской епархии). М., 2010. С. 174-175).

ГА РФ, ф. А-353, оп. 2, д. 697, л. 87 об. В цитате сохранена орфография подлинника.

Действия и распоряжения правительства. Декрет о свободе совести, церковных и религиоз-

ных обществах // Известия ЦИК. 1918. 21 января.

ГА РФ, ф. А-353, оп. 2, д. 697, л. 88 об.

Там же, л. 79.

182

Что этот народ не русский, это, и в особенности в наше время господства

интернациональных идей, не имеет никакого значения… Все народы равны

и одинаково заслуживают хорошего и человеческого отношения к ним. Факт

тот, что дома эти, значит, принадлежат целой нации, давно уже национали-

зированы и социализированы, нельзя их национализировать второй раз. Мы

понимаем, когда имущество в целях национализации или социализации изъ-

емлется из владения частного лица-собственника и передаётся народу, госу-

дарству. Но отнять у одного народа уже национализированное им имущество,

чтобы передать его другому народу или государству, это уже будет не национа-

лизация. Вторичной национализации не может быть. Это скорее то, что делает-

ся империалистами после победоносной войны с побеждёнными народами, т.е.

аннексия». Буквально вторя Димопуло, архимандрит Афанасий утверждал, что

от муниципализации московских домовладений Иерусалимского патриархата

пострадает беднейшее население Ближнего Востока, которое «вполне подхо-

дит под понятие пролетариата». И, конечно же, «подобное решение вопро-

са могло бы произвести удручающее впечатление на пролетариев всех стран,

когда они узнают об этом, а не узнать этого нельзя, так как дело происходит

в таком интернациональном месте, как Палестина, где всегда находится мно-

жество представителей интересов всех стран. Немыслимо призвать пролетариат

к объединению и одновременно лишать часть его, и при этом беднейшую, её

собственных средств, необходимых для её существования»⁴⁸.

По части социально-политической демагогии иерусалимский представи-

тель даже превосходил константинопольского. Однако его записки, как и про-

шения архимандрита Иакова, Бонч-Бруевич направил на отзыв Красикову,

который предсказуемо выдал отрицательное заключение⁴⁹. В начале 1919 г.

жилищно-земельный отдел Моссовета муниципализировал дома Иерусалим-

ского подворья, и Воскресенский храм в Филипповском переулке, при котором

оно находилось, стал приходским⁵⁰.

Сколько времени после этого архимандрит Афанасий пробыл в России,

неизвестно. В начале июля 1922 г. он ещё посещал в Москве захваченное об-

новленцами Троицкое подворье, при котором ранее размещалось управление

патриарха Московского Тихона, и даже предлагал лично доставить письмо ли-

дера обновленческой «Живой церкви» В.Д. Красницкого патриарху Иеруса-

лимскому Дамиану⁵¹. Видимо, тогда архимандрит как раз готовился к отъезду.

Во всяком случае, о его присутствии на съезде «Живой церкви» в августе 1922 г.

советские и обновленческие издания уже не упоминали (тогда как архимандрит

Иаков не остался там незамеченным)⁵².

В 1926 г., после того как патриарх Дамиан открыто вошёл в общение с со-

ветскими обновленцами, была предпринята попытка возродить Иерусалим-

Там же, л. 93-94 об.

Там же, л. 83, 115.

Вайнтрауб Л.Р. История возникновения и деятельность Иерусалимского патриаршего под-

ворья в Москве. С. 208-209.

Трегубов И. К обновленческому движению православной церкви. «Живая церковь» // Изве-

стия ВЦИК. 1922. 11 июля.

Трегубов И. Всеросс[ийский] съезд «Живой церкви» // Правда. 1922. 10 августа; Ю.П. Все-

российский съезд «Живая церковь» // Известия ВЦИК. 1922. 11 августа; Первый Всероссийский

Съезд белого духовенства «Живая Церковь» в Москве // Живая Церковь. 1922. 1-15 сентября.

№ 8-9. С. 6-9.

183

ское подворье в Москве. В украинском обновленческом журнале сообщалось:

«В этом году, среди Великого поста, прибыл в Синод и новоназначенный

в СССР представитель Иерусалимского патриарха архимандрит Анатолий и за-

явил, что Иерусалимский патриарх желает непосредственно вступить в обще-

ние со Всероссийским Священным Синодом через своего отдельного предста-

вителя, коего и просил принять с доверием. В ответ на это бывший в конце

Великого поста пленум Священного Синода, в составе которого в тот момент

находился и митрополит Харьковский и всея Украины Пимен, всё это свиде-

тельствующий как участник и очевидец, послал Иерусалимскому патриарху по-

слание… с радостным приветствием по случаю установления ещё более тесной

и теперь непосредственной связи с представителем престола св. ап. Иакова»⁵³.

Однако, судя по всему, архимандрит Анатолий долго в Москве не задержался,

и деятельность Иерусалимского подворья пресеклась вплоть до конца 1980-х гг.

Как защищал «собственность всей греческой нации» настоятель Алексан-

дрийского подворья архимандрит Павел (Катаподис), не известно, хотя и ему

было что терять в Москве. В отличие от архимандрита Афанасия, он не стал

в 1922 г. покидать Россию. Вероятно, это объяснялось бедственным положени-

ем Александрийского патриархата, где после прекращения обильной финансо-

вой помощи из России осталось всего 5-6 священников и два диакона⁵⁴. Как

и представитель Константинополя, архимандрит Павел участвовал в августе

1922 г. в съезде «Живой церкви»⁵⁵, а в ноябре 1924 г. вместе с архимандритом

Василием (Димопуло) стал почётным членом обновленческого Священного си-

нода⁵⁶. В январе-феврале 1927 г. он ещё посещал важное обновленческое меро-

приятие в Москве⁵⁷, но уже в апреле по поручению патриарха Мелетия (Метак-

сакиса) встречал в Александрии высокопоставленную польскую делегацию во

главе с митрополитом Варшавским Дионисием (Валединским). Епископ Грод-

ненский Алексий (Громадский) писал в отчёте об этой поездке: «На пристани

уже издали заметна была фигура почтенного инока. Это был архимандрит Па-

вел, присланный святейшим Мелетием навстречу его блаженству. Архимандрит

Павел недавно вернулся из Советской России, где он занимал место настоятеля

московского Александрийского подворья, и отлично говорит по-русски. Он

приветствовал его блаженство от имени патриарха Мелетия и наскоро сообщил

нам, что голод заставил его уехать из России»⁵⁸. Скончался архимандрит Павел

в 1931 г.⁵⁹ Никольский храм в Подкопаях пережил отъезд Катаподиса в Африку

Ещё антисинодальная провокация (Тихоновское письмо из Иерусалима) // Український

православний благовiсник. 1926. № 14. С. 8.

Современное состояние Восточной вселенской Христовой Церкви. Александрийская па-

триархия // Утренняя заря. Голос Финляндской Православной Церкви. 1927. № 5. С. 57.

Трегубов И. Всеросс[ийский] съезд «Живой церкви»; Ю.П. Всероссийский съезд «Живая

церковь»; Первый Всероссийский Съезд белого духовенства «Живая Церковь» в Москве.

Хроника // Церковное обновление. 1924. 12 ноября. № 17-18. С. 75.

Протоколы заседания общего собрания (пленума) Священного синода православных церк-

вей на территории СССР 30-го января - 1-го февраля 1927 года // Вестник Священного синода

Православной Российской Церкви. 1927. № 2(15). С. 7.

Алексий [Громадский], еп. Посещение его блаженством блаженнейшим митрополитом Дио-

нисием святых православных автокефальных Восточных церквей // Воскресное чтение (Варшава).

1928. № 19. С. 293.

Лавринов В. Обновленческий раскол в портретах его деятелей. М., 2016. С. 444.

184

и некоторое время действовал как русский приходской, причём являлся «тихо-

новским». После 1929 г. его закрыли⁶⁰.

Антиохийский патриархат с конца XIX в. при содействии России стал ско-

рее арабским, чем греческим, тем не менее настоятель его подворья в Москве

архимандрит Антоний (Мубайед) в первые послереволюционные годы действо-

вал сообща с греками и порой подписывал с ними совместные письма. Но если

греческие патриархи и их представители в той или иной степени поддержали

возникший в Русской Церкви обновленческий раскол, то патриарх Антиохий-

ский Григорий занял диаметрально противоположную позицию и в 1925 г. даже

предал обновленцев анафеме⁶¹. Поскольку их явно поддерживала власть, поло-

жение представителя столь «недипломатичного» патриарха в Москве станови-

лось весьма затруднительным. Впрочем, не исключено, что он покинул Совет-

скую Россию уже в 1920 г.⁶², т.е. до оформления обновленческого раскола⁶³.

В 1926 г. архимандрит Антоний ненадолго вернулся в Москву и действи-

тельно контактировал с обновленцами, что сразу же нашло отражение в их жур-

нале⁶⁴. Появление этой публикации вызвало отклик в официальном печатном

органе Русской Зарубежной Церкви, где от имени патриарха Антиохийского

заявлялось: «Свят[ейший] Григорий разъяснил, что ни в какое общение его

представитель не входил с обновленцами. По его приезде в Москву, его, ещё не

успевшего сориентироваться, взяли под свою опеку обновленцы и обманным

путём заставили явиться в их “Синод”. Но он вскоре же ориентировался в мест-

ной обстановке и немедленно прекратил всякую связь с ними и явился к кано-

ническим представителям Русской Православной Церкви, с которыми и нахо-

дится в постоянном молитвенном и братском общении»⁶⁵. Обновленцам также

пришлось признать, что «хотя представитель Антиохийского патриарха архи-

мандрит Антоний и был в Св[ященном] Синоде, но без верительной грамоты»⁶⁶.

В то же время архимандрит Антоний передал официальное письмо от свое-

го патриарха возглавлявшему тогда Московскую патриархию митрополиту Ни-

жегородскому Сергию (Страгородскому), которому в начале 1927 г. даже при-

шлось объяснять на следствии в ОГПУ: «В мае примерно 1926 года я получил

Карпова М.Г. Церковь святителя Николая в Подкопаях. С. 154.

Грамота святейшего Григория IV, патриарха Антиохии и всего Востока, на имя председате-

ля Архиерейского синода высокопреосвященного митрополита Антония // Церковные ведомости.

1925. № 19-20. С. 1-2.

Алексеев А. Антиохийское патриаршее подворье в Москве // Журнал Московской Патриар-

хии. 1954. № 6. С. 64.

Об участии архимандрита Антония в московских церковных событиях первой половины

1920-х гг. бегло говорится лишь в очерке С.В. Троицкого, опубликованном в варшавском церков-

ном журнале. Однако, сообщив, что «представитель Антиохийского патриарха присутствовал на…

Соборе» «Живой церкви» (Троицкий С.В. Что такое Живая Церковь // Воскресное чтение. 1927.

№ 30. С. 350), профессор не указал источник своих сведений. Между тем в материалах обновленче-

ских соборов 1923 и 1925 гг., опубликованных самими обновленцами, антиохийский архимандрит

никак не упоминается (Поместный собор Российской Православной Церкви 1923 год. (Бюллете-

ни) / Изд. протопресв. В.Д. Красницкого. [М., 1924]; Деяния III Поместного собора Православных

Церквей на территории СССР (1-10 октября 1925 г.) // Вестник Священного синода Православ-

ной Российской Церкви. 1926. № 6(2). С. 1-32).

Ещё антисинодальная провокация... С. 8.

Сношение Синодальной канцелярии в редакцию журнала «Воскресное чтение» от 1/14 ав-

густа 1927 г. за № 933 // Церковные ведомости. 1927. № 15-16. С. 3.

Его блаженству, блаженнейшему Мелетию, патриарху Александрийскому // Вестник Свя-

щенного синода Православной Российской Церкви. 1927. № 1(14). С. 2.

185

ряд бумаг о состоянии Московской епархии; в числе этих бумаг я обнаружил

письмо антиохийского патриарха при препроводительном письме недавно

появившегося в городе Москве архимандрита Антония, подчинённого это-

му патриарху и являющегося настоятелем антиохийского подворья в Москве.

Я написал ответ, послал его в Москву с просьбой передать». Характерно, что

следователь тут же задал вопрос: «Каким образом и почему решились Вы сно-

ситься с церковным деятелем, известным своими враждебными по отношению

к Совреспублике выступлениями?»⁶⁷.

Как долго архимандрит Антоний пребывал в Москве, сказать трудно.

В апреле 1927 г. в варшавском «Воскресном чтении» узнали, что «прекратив-

шее было своё существование московское подворье антиохийское, находяще-

еся при Ипатьевском переулке, недавно возобновило своё бытие… Архим. Ан-

тоний (Мубайед) приехал было из России в Сирию, но получил распоряжение

патриарха немедленно возвращаться назад. Раньше это подворье доставляло

патриархии некоторые доходы, но теперь и само оно еле держится»⁶⁸. Учи-

тывая отношение ОГПУ, закрепиться ему бы не дали. В 1929 г. Вознесенско--

Ипатьевскую церковь подворья, оказавшуюся фактически во дворе здания

ЦК ВКП(б), закрыли, а затем и вовсе снесли⁶⁹. В 1948 г. Антиохийское подво-

рье было возрождено уже при другом московском храме и в других геополити-

ческих реалиях.

В целом же, представители восточных патриархов, преследуя в Москве

преимущественно материальные цели, без колебаний сводили к минимуму ре-

лигиозное значение своих патриархатов, указывали на их светский характер

и статус «настоящих государств в государстве». Вероятно, если бы советские

руководители были тогда столь же прагматичны в церковных делах, стороны

нашли бы какой-то взаимовыгодный компромисс. Но идеологическая непри-

миримость большевиков обрекала московские представительства Восточных

патриархатов не только на потерю собственности, но и на полную ликвидацию.

Цит. по: Мазырин А.В., Кострюков А.А. Из истории взаимоотношений Русской и Констан-

тинопольской Церквей в ХХ веке. С. 126.

Алексий [Громадский], еп. Указ. соч. // Воскресное чтение. 1928. № 51. С. 783.

См.: Паламарчук П.Г. Сорок сороков... Т. 2. С. 75-76.

186