Физика плазмы, 2022, T. 48, № 7, стр. 657-663
Концентрация и температура электронов в плазме поперечно-продольного разряда в высокоскоростных потоках воздуха
В. М. Шибков a, *, К. Н. Корнев a, А. А. Логунов a, Ю. К. Нестеренко a
a МГУ им. М.В. Ломоносова, Физический факультет
Москва, Россия
* E-mail: shibkov@physics.msu.ru
Поступила в редакцию 28.03.2022
После доработки 01.05.2022
Принята к публикации 11.05.2022
- EDN: JKWLDE
- DOI: 10.31857/S0367292122100201
Аннотация
Приведены результаты экспериментальных исследований параметров плазмы пульсирующего поперечно-продольного разряда, создаваемого в высокоскоростных потоках воздуха. Экспериментально показано, что в условиях изучаемого разряда концентрация электронов в канальной плазме пульсирующего разряда увеличивается от ~1016 до 4 × 1016 см–3 с ростом разрядного тока от 4 до 16 А и нарастает при увеличении скорости потока при постоянном значении разрядного тока. Показано также, что температура электронов в плазме пульсирующего разряда порядка 1 эВ, а канальная плазма является сильно ионизованной средой, степень ионизации которой увеличивается от 1 до 30% при переходе от дозвуковых к сверхзвуковым воздушным потокам.
1. ВВЕДЕНИЕ
В настоящее время для повышения эффективности прямоточных воздушно-реактивных двигателей со сверхзвуковой скоростью потока в камере сгорания используются различные застойные зоны в виде пилонов и плохообтекаемых механических стабилизаторов [1, 2]. Однако в последнее время активно разрабатываются новые способы, позволяющие увеличить скорость горения и обеспечить полное сгорание топлива внутри двигателя без применения механических стабилизаторов. Альтернативным механическим стабилизаторам является применение различного типа электрических разрядов [3–12]. В [3] приводится описание развития плазменной аэродинамики в нашей стране и за рубежом в 90-х годах прошлого века. В обзоре [4] рассмотрены работы, в которых представлены экспериментальные и теоретические исследования по плазменно-стимулированному воспламенению и стабилизации горения в высокоскоростных потоках. В [5] исследуются импульсно-периодические наносекундные высоковольтные разряды с целью их применения в плазменной аэродинамике. Изучению наносекундного разряда, создаваемого в импульсно-периодическом режиме, как средству для быстрого воспламенения дозвуковых воздушно-углеводородных потоков посвящена работа [6]. В [7] рассмотрено влияние факельного разряда на процесс горения сверхзвуковых потоков воздушно-углеводородных смесей. Основные свойства и параметры свободно локализованных и поверхностных СВЧ-разрядов и возможность их применения в сверхзвуковой плазменной аэродинамике рассмотрены в [8]. Воспламенение пропан-воздушной смеси в условиях подкритического несамостоятельного СВЧ-разряда исследовано в [9]. В [13] рассмотрено воспламенение метан-кислородной смеси с помощью коаксиального СВЧ-плазмотрона. Для поддержания стабильного горения воздушно-углеводородных смесей в нашей лаборатории широко используется квазистационарный пульсирующий поперечно-продольный разряд [10–12, 14, 15].
Плазменная технология позволяет в масштабах реального времени целенаправленно воздействовать на высокоскоростные топливовоздушные потоки, управлять процессом сжигания многокомпонентных химически активных смесей в дозвуковых и сверхзвуковых воздушных потоках и стабилизировать горение топлива в прямоточных воздушно-реактивных двигателях. Для применения пульсирующего поперечно-продольного разряда в качестве стабилизатора горения топлива необходимо знать основные параметры канальной плазмы, а именно, концентрацию и температуру электронов. В настоящей работе проведено экспериментальное изучение свойств электронной компоненты в канальной плазме, создаваемой в дозвуковых и сверхзвуковых воздушных потоках с помощью квазистационарного электродного разряда. Исследование электронной компоненты плазмы поперечно-продольного электродного разряда, создаваемого в высокоскоростных потоках воздуха, необходимо для оптимизации его создания с целью быстрого плазменно-стимулированного воспламенения и увеличения полноты сгорания углеводородного топлива. Экспериментально получены зависимости концентрации и температуры электронов от величины разрядного тока и скорости потока.
2. ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНАЯ УСТАНОВКА
Экспериментальная установка состоит из вакуумной цилиндрической барокамеры объемом три кубических метра, двух камер высокого давления для хранения пропана и сжатого воздуха, прямоугольного расширяющегося аэродинамического канала, высоковольтного источника питания, системы синхронизации и диагностической аппаратуры. Подробно основные характеристики функционирования установки приведены в [10–12, 14–16]. Расширяющийся аэродинамический канал использовался с целью предотвращения его теплового запирания при горении углеводородного топлива [15]. Система хранения воздуха высокого давления состоит из газгольдера объемом 0.6 м3 с компрессором, поднимающим давление воздуха до величины р0 = 1–6 атм и электромагнитного клапана с временем срабатывания t ~ 10 мс. Воздух высокого давления с помощью гибкого воздуховода поступает на вход профилированного сопла Лаваля, к выходу которого жестко присоединен расширяющийся аэродинамический канал прямоугольного сечения. При этом отношение выходного сечения S2 = 38 см2 к входному S1 = 3 см2 сечению канала S2/S1 = 12.7. Продольная длина канала – 50 см. Поперечно-продольный разряд, создается в высокоскоростных потоках воздуха между двумя электродами, смонтированными внутри расширяющегося канала симметрично относительно его продольной оси. Минимальное расстояние между катодом и анодом d = 0.1–1.0 мм. Длина электродов одинакова и равна l = 65 мм. Максимальное расстояние между анодом и катодом равно 20 мм. Схематическое изображение расширяющегося аэродинамического канала, электродной системы, плазменной петли пульсирующего поперечно-продольного разряда и системы регистрации спектра представлено на рис. 1. Один конец световода (6), фокусирующая линза (7) и поворотное зеркало (8) были жестко связаны в единый блок и могли перемещаться в пространстве.
Рис. 1.
Схематическое изображение расширяющегося аэродинамического канала – 1, стрелкой показано направление потока. Электродный узел: анод – 2, катод – 3 заземлен, плазменная петля – 4, двухканальный спектрометр – 5, световод – 6, фокусирующая линза – 7, поворотное зеркало – 8.

Электрическая схема состоит из последовательно включенных стационарного источника питания с выходным напряжением U0 = 4.5 кВ и внутренним сопротивлением 100 Ом, обеспечивающим в течение 2 с существование поперечно-продольного пульсирующего разряда при токе от 2 до 20 А, балластного сопротивления, величина которого могла ступенчато переключаться в пять фиксированных позиций R4 = 145–675 Ом, безындукционного сопротивления R5 = 0.32 Ом для измерения величины разрядного тока. Падение напряжения на разряде измерялось с помощью безындукционного делителя напряжения с коэффициентом деления k = 8760. Используемый электродный узел позволял реализовать пульсирующий разряд квазипостоянного тока без его дополнительной инициации в широком диапазоне давления p = 10–760 Торр воздуха в барокамере, скорости потока $v$ = 50–600 м/с, температуры холодного воздуха в потоке Т = 168–250 К. Массовый расход воздуха 60–120 г/с. В экспериментах сверхзвуковой воздушный поток существовал в течение 2–3 с. В течение 1–2 с создавался разряд с временной задержкой 0.4 с по отношению к переднему фронту импульса пуска воздуха.
3. МЕТОДЫ ДИАГНОСТИКИ
В экспериментах использовался диагностический комплекс, состоящий из цифровых спектрометров, осциллографов, фотокамер, видеосистемы, персональных компьютеров. Параметры потока определялись по измеренным значениям статического p1 и полного p0 давлений, соответственно, в аэродинамическом канале и ресивере, содержащем сжатый до высокого давления воздух. По измеренному отношению p1/p0, используя хорошо известные формулы газовой динамики [1], рассчитывались величины скорости потока, температуры газа и концентрации молекул воздуха в холодном высокоскоростном потоке.
Процесс развития плазменной петли фиксировался с использованием цифровой видеокамеры “ВидеоСпринт” с электронно-оптическим затвором. Спектр излучения газоразрядной плазмы фиксируется с помощью цифрового двухканального спектрометр AvaSpec-2048-2-DT с полушириной аппаратной функции 0.06 нм для первого канала и 0.35 нм для второго. Усреднение проводилось за время экспозиции τ = 2 мс.
В спектре излучения плазмы нестационарного пульсирующего разряда в высокоскоростном потоке воздуха при атмосферном давлении в барокамере присутствуют интенсивные полосы циана и молекулярного иона азота, спектральные линии атомарного водорода, кислорода, азота и меди, а также наблюдается интенсивный континуум. Для измерения параметров плазмы необходимо было провести коррекцию зарегистрированного спектра с учетом коэффициента спектральной чувствительности спектрометра [17–19]. При определении коэффициента спектральной чувствительности спектрометра учитывался тот факт, что при фиксированной температуре вольфрама отличие его интенсивности от излучения абсолютно черного тела меняется при изменении длины волны излучения [19]. Температура газа в плазменном канале пульсирующего разряда определялась спектральным методом по полосам циана [20] и молекулярного иона азота. Для этого рассчитывались модельные распределения по вращательным уровням молекулярных полос CN и ${\text{N}}_{2}^{ + }$ при различных температурах газа с учетом аппаратной функции спектрального прибора. Далее проводилось сравнение экспериментально полученного спектра с данными математического моделирования. Температура газа считалась равной температуре, при которой получалось наилучшее совпадение рассчитанных данных с экспериментальными результатами.
Концентрация электронов измерялась по штарковскому уширению спектральных линий бальмеровской серии водорода. Регистрируемое в эксперименте уширение спектральных линий Hα и Hβ бальмеровской серии водорода изменялось в диапазоне 0.6–2.4 нм. В эксперименте использовался цифровой шестиканальный спектрометр “OceanOptics” с обратной линейной дисперсией 0.063 нм/мм, минимальное время экспозиции τ = = 2 мс. Для измерения степени ионизации воздуха использовалась непосредственная связь концентрации электронов c полушириной Δλ спектральной линии [21]. Уширение линии происходит не только из-за эффекта Штарка, но и за счет эффекта Доплера, конечного времени жизни возбужденного атома, эффектов давления и аппаратной функции спектрального прибора, определяемой экспериментально. Из полученных значений полуширины Δλ спектральных линий Hα и Hβ выделялась штарковская компонента в соответствии с теорией контуров и эмпирической зависимостью [22].
В эксперименте температура электронов отождествлялась с температурой распределения заселенностей уровней, измеренных по интенсивностям излучения паров меди. Такая оценка справедлива для сильно ионизованной плазменной среды, которой является при токах порядка 5–20 А канальная плазма поперечно-продольного квазистационарного разряда. Пары меди появлялись в канальном поперечно-продольном разряде за счет абляционного сноса атомов меди из области катодных и анодных пятен, образующихся на электродах при протекании тока в высокоскоростном потоке воздуха.
4. ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ
Зависимости концентрации электронов от разрядного тока представлены на рис. 2 при скорости воздушного потока 240 (прямая 1) и 420 м/с (прямая 2). Кратчайшее расстояние между электродами d = 0.7 мм. Важно отметить, что при токе i ~ 4 A концентрации электронов при скорости воздушного потока 240 и 420 м/с приблизительно равны. В то же время температура газа отличается приблизительно на 1000 К (см. [23]). Следует заметить, что экспериментально измеренная температура газа тем выше, чем больше кратчайшее расстояние между анодом и катодом [24].
Рис. 2.
Зависимости концентрации электронов в плазме исследуемого разряда от разрядного тока при скорости воздушного потока 240 м/с (прямая 1) и 420 м/с (прямая 2).

Зависимости температуры газа в холодном потоке (кривая 1) и в нагретом плазменном канале (кривая 2) пульсирующего поперечно-продольного разряда от скорости высокоскоростного воздушного потока представлена на рис. 3. Видно, что увеличение скорости потока от 230 до 500 м/с приводит к уменьшению температуры в холодном потоке от 280 до 170 К, в то время как температура в плазменном канале растет от 6500 до 7500 К.
Рис. 3.
Зависимости температуры газа на расстоянии z = 25 мм от анода в холодном потоке (кривая 1) и в нагретом плазменном канале (кривая 2) пульсирующего поперечно-продольного разряда при i = 14.5 A от скорости высокоскоростного воздушного потока.

Одновременно, как видно из рис. 4, из-за снижения плотности уменьшается концентрация нейтральных атомов, как в холодном потоке, так и в нагретом плазменном канале, что, как будет показано позднее, ведет к резкому росту приведенного электрического поля и увеличению степени ионизации плазмы. Также видно, что кривая для холодного потока спадает медленнее, чем кривая для нагретого канала. Это связано с тем, что с ростом скорости потока увеличивается температура газа в плазменном канале, создаваемом в свободном пространстве при атмосферном давлении воздуха.
Рис. 4.
Зависимости от скорости высокоскоростного воздушного потока концентраций нейтральных невозбужденных молекул в холодном потоке (кривая 1) и в нагретом плазменном канале (кривая 2) пульсирующего поперечно-продольного разряда на расстоянии z = 25 мм при i = 14.5 A.

На рис. 5 представлена зависимость концентрации электронов от скорости потока. Измерения проводились на расстояние от электродов z = 10 мм, при этом кратчайшее расстояние между электродами d = 0.1 мм, а разрядный ток 14.5 A. Видно, в этих условиях при постоянной величине разрядного тока увеличение скорости воздушного потока ведет к росту концентрации электронов почти на порядок величины от 8 × 1015 см–3 при скорости 250 м/с до 4 × 1016 см–3 при $v$ = 500 м/с.
Рис. 5.
Зависимость концентрации электронов от скорости потока при разрядном токе 14.5 A, расстояние от электродов z = 10 мм, кратчайшее расстояние между электродами d = 0.1 мм.

Из рис. 6, где приведена зависимость степени ионизации газа от скорости воздушного потока, полученной по экспериментальным данным, представленным на рис. 4 и 5, видно, что при скорости воздушного потока порядка 500 м/с степень ионизации достигает 20–30%, т.е. плазма пульсирующего поперечно-продольного разряда оказывается сильно ионизованной, что способствует быстрому воспламенению топлив. При высокой степени ионизации, и соответственно, при больших концентрациях электронов основным каналом нагрева молекулярного газа является упругий нагрев, тогда как в слабоионизованной плазме на первый план выходят механизмы, связанные с неупругими взаимодействиями (см., например, [25, 26] и работы других авторов). Воздух в канальной плазме быстро нагревается, при этом высокая температура нейтрального газа является основным условием, обеспечивающим воспламенение и поддержание несамостоятельного плазменно-стимулированного горения углеводородного топлива. Эксперименты проводятся в нестационарном пульсирующем поперечно-продольном электродном разряде, создаваемом в высокоскоростных воздушных потоках. В этих условиях одновременно изменяются во времени и пространстве все основные параметры плазмы. При этом диаметр канала слабо растет с увеличением тока. Уменьшение диаметра канала можно ожидать при больших разрядных токах. Для ограничения роста диаметра за счет стабилизации собственным магнитным полем нужны, согласно [27], токи разряда i > 50 А.
Рис. 6.
Зависимость степени ионизации газа от скорости потока при i = 14.5 A, z = 10 мм, d = 0.1 мм.

Экспериментально получено, что с ростом степени ионизации разряда с увеличением скорости воздушного потока, растет и величина напряженности продольного электрического поля в нагретом плазменном канале, это можно видеть на рис. 7. Отметим, что в отличие от продольного электрического поля, величина приведенного электрического поля имеет нелинейную зависимость и переходит в фазу быстрого роста при скорости потока 400 м/с. Это связано с резким уменьшением концентрации нейтралов в плазменном канале в той же области скоростей, что уже было показано на рис. 4 (кривая 2).
Рис. 7.
Зависимости напряженности продольного электрического поля и приведенного значения электрического поля в нагретом плазменном канале пульсирующего поперечно-продольного разряда от скорости высокоскоростного воздушного потока при i = 14.5 A.

В спектре наблюдаются также спектральные линии атома меди с длинами волн 510.5, 515.3 и 521.8 нм. Пары меди возникают в плазме в результате абляции, т.е. процесса уноса вещества с поверхности электродов, обтекаемых сверхзвуковым воздушным потоком, при протекании через них электрического тока и образования на кончиках электродов сильно нагретых катодных и анодных пятен, в которых происходит плавление материала электродов [28–34]. По отношению интенсивностей различных пар спектральных линий меди I1/I2 и I1/I3, где I1 интенсивность линии с длиной волны λ1 = 510.5 нм, I2 – λ2 = 515.3 нм и I3 – λ3 = 521.8 нм измерялась температура распределения по уровням энергии заселенностей возбужденных атомов меди TCu. Температура электронов в плазме пульсирующего разряда оценивалась по относительным интенсивностям этих линий меди. Экспериментально показано, что температура распределения атомов меди лежит в пределах 1.0–1.5 эВ, что близко к температуре электронов, измеренной по тормозному спектру [23].
Для подтверждения экспериментально полученных результатов по измерению температуры электронов в [35] было выполнено математическое моделирование функции распределения электронов по энергиям в неравновесной импульсной плазме. Функция распределения электронов по энергиям вычислялась на основе решения уравнения Больцмана для сферически симметричной компоненты ФРЭЭ. Было показано [35], что при высокой степени ионизации плазмы в условиях квазистационарного поперечно-продольного разряда в потоке воздуха реализуется близкая к максвелловской функция распределения электронов по энергиям с эффективной температурой электронов порядка 1 эВ (см. рис. 8, штриховая линия 2), так как в этих условиях Ф-РЭЭ формируется в основном за счет электрон-электронных столкновений, частота которых намного превышает частоту обмена энергией при столкновении электронов с нейтральной компонентой.
Рис. 8.
Функция распределения электронов по энергиям при E/n = 30 Тд и степени ионизации плазмы 10–6 (сплошная кривая 1) and 10–3 (штриховая кри-вая 2).

При тех же условиях приведенного электрического поля E/n = 30 Тд, но в слабоионизованной плазме со степенью ионизации 10–6, реализуется неравновесная функция распределения электронов по энергиям, вид которой сильно зависит от степени колебательного возбуждения молекул воздуха (рис. 8, кривая 1).
5. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Экспериментально показано, что в условиях поперечно-продольного электродного пульсирующего разряда в высокоскоростных воздушных потоках концентрация электронов в канальной плазме увеличивается от ~1016 до 4 × 1016 см–3 с ростом разрядного тока от 4 до 16 А и нарастает при постоянном значении разрядного тока с увеличением скорости потока от 250 до 500 м/с. Показано также, что температура электронов в плазме пульсирующего разряда порядка 1 эВ, а канальная плазма является сильно ионизованной средой, степень ионизации которой достигает 30% при сверхзвуковых воздушных потоках со скоростью 500 м/с.
Константин Корнев является стипендиатом Фонда развития теоретической физики и математики “БАЗИС” и благодарит его за финансовую поддержку.
Список литературы
Абрамович Г.Н. Прикладная газовая динамика. Изд. 4-е. М.: Наука, 1976. 597 с.
Теория и расчет воздушно-реактивных двигателей. Учебник для вузов / Под ред. Шляхтенко С.М. Изд. 2-е. М.: Машиностроение, 1987. 568 с.
Fomin V.M., Tretyakov P.K., Taran J.-P. // Aerospace Sci. Technology. 2004. V. 8. P. 411.
Starikovskaya S.M. // J. Phys. D: Appl. Phys. 2006. V. 39. P. R265.
Starikovskii A.Y., Anikin N.B., Kosarev I.N., Mintous-sov E.I., Nudnova M.M., Rakitin A.E., Roupassov D.V., Starikovskaia S.M., Zhukov V.P. // J. Propulsion and Power. 2008. V. 24. P. 1182.
Adamovich I.V., Lempert W.R., Rich J.W., Utkin Y.G. // J. Propulsion and Power. 2008. V. 24. P. 1198.
Jacobsen L.S., Carter C.D., Baurle R.A., Jackson T., Williams S., Barnett J., Tam C.-J., Bivolaru D. // J. Propulsion and Power. 2008. V. 24. P. 641.
Shibkov V.M., Aleksandrov A.F., Chernikov V.A., Er-shov A.P., Shibkova L.V. // J. Propulsion and Power. 2009. V. 25. P. 123.
Esakov I., Grachev L., Khodataev K., VanWie D. // AIAA Pap. 2004. V. 2004. P. 840.
Копыл П.В., Сурконт О.С., Шибков В.М., Шибко-ва Л.В. // Физика плазмы. 2012. Т. 38. С. 551.
Шибков В.М., Шибкова Л.В., Логунов А.А. // Физика плазмы. 2017. Т. 43. С. 314.
Шибков В.М., Шибкова Л.В., Логунов А.А. // Физика плазмы. 2018. Т. 44. С. 661.
Artem’ev K.B., Kazantsev S.Yu, Kononov N.G., Kos-syi I.A., Malykh N.I., Popov N.A., Tarasova N.M., Filimonova E.A., Firsov K.N. // J. Phys. D – Applied Phys. 2013. V. 46. P. 055201-11.
Шибков В.М., Шибкова Л.В., Копыл П.В., Логу-нов А.А. // Теплофизика высоких температур. 2019. Т. 57. С. 183.
Шибков В.М. // Теплофизика высоких температур. 2019. Т. 57. С. 353.
Шибков В.М., Корнев К.Н., Логунов А.А., Нестеренко Ю.К. // Физика плазмы. 2022. Т. 48. Послано в печать.
Зарин А.С., Кузовников А.А., Шибков В.М. Свободно локализованный СВЧ-разряд в воздухе. М.: Нефть и газ. 1996, 204 с.
Шибкова Л.В., Шибков В.М. Разряд в смесях инертных газов. М.: Физматлит, 2005, 200 с.
Малышев В.И. Введение в экспериментальную спектроскопию. М.: Наука, 1979. 480 с.
Оптическая пирометрия плазмы. Сб. статей / Под ред. Н.Н. Соболева. М.: Иностранная лит-ра, 1969. 428 с.
Методы исследования плазмы / Под ред. В. Лохте-Хольтгревена. М.: Мир, 1971.
Olivero J.J., Longbothum R.L. // J. QuantitativeSpectroscopy and Radiative Transfer. 1977. V. 17. P. 233.
Шибкова Л.В., Шибков В.М., Логунов А.А., Долб-ня Д.С., Корнев К.Н. // Теплофизика высоких температур. 2020. Т. 58. С. 836.
Логунов А.А., Корнев К.Н., Шибкова Л.В., Шиб-ков В.М. // Теплофизика высоких температур. 2021. Т. 59. С. 22.
Шибков В.М. // Теплофизика высоких температур. 1997. Т. 35. С. 693.
Шибков В.М. // Теплофизика высоких температур. 1997. Т. 35. С. 871.
Финкельнбург В., Меккер Г. Электрические дуги и термическая плазма / Под ред. В.А. Фабриканта. М.: Изд-во иностранной лит-ры, 1961. 369 с.
Райзер Ю.П. Физика газового разряда. М.: Наука, 1987.
Грановский В.Л. Электрический ток в газе. Т. 1. М.: Гостехиздат, 1952. 432 с.
Жуков М.Ф., Козлов Н.П., Пустогаров А.В., Аныпаков А.С., Хвесюк В.И., Дюжев Г.А., Дандарон Г. Приэлектродные процессы в дуговых разрядах. Монография. Новосибирск: Наука. 1982. 158 с.
Любимов Г.Л., Раховский В.И. // УФН. 1978. Т. 125. С. 665.
Кесаев И.Г. Катодные процессы электрической дуги. М.: Наука, 1968.
Бейлис И.И. // Письма в ЖТФ. 1988. Т. 14. С. 1124.
Королев Ю.Л., Месяц Г.А. Автоэмиссионные и взрывные процессы в газовом разряде. Новосибирск: Наука, 1982. 256 с.
Shibkova L.V., Shibkov V.M., Logunov A.A., Andrien-ko A.A., Kornev K.N., Dolbnya D.S. // J. Phys.: Conf. Ser. 2019. V. 1394. P. 012002. https://doi.org/10.1088/1742-6596/1394/1/0120021 (8th Intern. Workshop on Magneto-Plasma Aerodynamics).
Дополнительные материалы отсутствуют.


