МУЖЧИНЫ, ПРАКТИКУЮЩИЕ РИСКОВАННЫЕ ХОББИ, ОТЛИЧАЮТСЯ
БОЛЬШЕЙ ФИЗИЧЕСКОЙ МАСКУЛИННОСТЬЮ
М.Л. Бутовская, Ю.И. Адам, А.А. Мезенцева, В.В. Ростовцева
Марина Львовна Бутовская
|
|
marina.butovskaya@gmail.com | член-корр. РАН, д. и. н., профессор, главный научный
сотрудник, заведующая Центром кросс-культурной психологии и этологии человека |
Институт этнологии и антропологии РАН (Ленинский пр. 32а, Москва, 119991, Россия)
к. и. н., младший научный сотрудник Центра кросс-культурной психологии и этоло-
гии человека | Институт этнологии и антропологии РАН (Ленинский пр. 32а, Москва,
119991, Россия)
Анна Александровна Мезенцева
|
|
khatsenkova@yandex.ru | младший научный сотрудник Центра кросс-культурной
психологии и этологии человека
|
Институт этнологии и антропологии РАН
(Ленинский пр. 32а, Москва, 119991, Россия)
Виктория Викторовна Ростовцева
|
|
victoria.v.rostovtseva@gmail.com | к. б. н., старший научный сотрудник Центра кросс-
культурной психологии и этологии человека | Институт этнологии и антропологии РАН
(Ленинский пр. 32а, Москва, 119991, Россия)
Ключевые слова
склонность к риску, пренатальная андрогенизация, форма лица, геометрическая морфо-
метрия, маскулинность
Аннотация
Цель исследования - выявить специфические морфологические и психологические ха-
рактеристики представителей досуговых сообществ мужчин, ориентированных на при-
нятие высоких рисков, по сравнению с контрольной группой. Нами были изучены ан-
тропометрические показатели лица и тела, предположительно являющиеся маркерами
пренатальной андрогенизации и маскулинизации, а также склонность к поиску острых
ощущений и к агрессии у автогонщиков (n=36), альпинистов (n=52) и студентов универ-
ситета (контрольная выборка) (n=56). Также нас интересовали возможные связи меж-
ду исследуемыми морфологическими и психологическими параметрами. Было уста-
новлено, что все три группы значимо различались по форме лица и по индексу fWHR
(соотношение скулового диаметра к высоте средней части лица), причем у гонщиков
Статья поступила 25.08.2022 | Окончательный вариант принят к публикации 10.01.2023
Ссылки для цитирования на кириллице / латинице (Chicago Manual of Style, Author-Date):
Бутовская М.Л., Адам Ю.И., Мезенцева А.А., Ростовцева В.В. Мужчины, практикующие рискован-
ные хобби, отличаются большей физической маскулинностью // Этнографическое обозрение. 2023.
Butovskaya, M.L., Y.I. Adam, A.A. Mezentseva, V.V. Rostovtseva.
2023. Muzhchiny,
praktikuiushchie riskovannye khobbi, otlichaiutsia bol’shei fizicheskoi maskulinnost’iu [Men Who
Practice Risky Hobbies Are More Physically Masculine]. Etnograficheskoe obozrenie 2: 199-221.
© Российская академия наук | © Институт этнологии и антропологии РАН
200
Этнографическое обозрение № 2, 2023
он был самым низким, а в группе контроля самым высоким. Гонщики отличались от
контрольной выборки более высокими значениями относительной высоты нижней че-
люсти. Максимальные средние значения силы кисти на обеих руках отмечены у гонщи-
ков, минимальные - в группе контроля. Мы не получили достоверных различий значе-
ний пальцевых индексов на правой и левой руках между группами. Результат анализа
психологических профилей показал, что альпинисты более склонны к риску и поиску
острых ощущений, а также чувствительнее к монотонной повседневной активности по
сравнению с гонщиками и контрольной выборкой; максимальный уровень враждебно-
сти был выявлен у представителей группы контроля.
Информация о финансовой поддержке
Исследование проведено при финансовой поддержке следующих организаций и грантов
[проект № 20-09-00139]
Исследование проведено в соответствии с планом НИР ИЭА РАН
клонность к риску определяется как вовлеченность в деятельность,
сопряженную с возможностью наступления негативных последствий
С
(Boyer 2006). Эта поведенческая особенность изучается во многих
жизненных контекстах, включая отрицательные, ассоциирующиеся с асоци-
альными проявлениями, нездоровыми привычками, беспорядочными сексу-
альными связями и др. Однако сам факт устойчивого наличия такого поведе-
ния в разных культурах указывает на его возможную эволюционную основу.
По склонности к риску мужчины достоверно превосходят женщин. Если
рассматривать этот параметр в эволюционной перспективе, можно предпо-
ложить, что принятие риска является частью стабильной стратегии мужчин,
обеспечивающей успешность и выживание в прошлом как их самих, так и
их потомства (Buss 1994; Byrnes et al. 1999; Wilson, Daly 1985). Рискованное
поведение и сегодня может быть выигрышным в контексте репродуктивной
конкуренции мужчин (Baker, Maner 2008; Kelly, Dunbar 2001). Кроме того,
склонность к риску оказывается востребованной в ряде профессий, связан-
ных с опасностью для жизни: это прежде всего военные, пожарные, спасате-
ли, спортсмены-экстремалы и т.д.
Адаптивные эволюционные стратегии включают в себя более-менее ста-
бильный комплекс биологических и поведенческих характеристик - мор-
фопсихотип (Бутовская, Бужилова 2016). Известно, что рискованное и
агрессивное поведение может быть связано с андрогенизацией и большей
маскулинностью, выражающейся в том числе в форме лица и психологиче-
ских особенностях (Kasielska-Trojan et al. 2017; Nicolaou et al. 2017). Есть
основания полагать, что склонность к риску у мужчин может являться
адаптивной и поддерживаться отбором. В частности, существует гипотеза
о непосредственном влиянии полового отбора на формирование высокого
fWHR (соотношение скулового диаметра к высоте средней части лица) у
мужчин посредством андрогенных эффектов в период полового созревания,
что предполагает наличие связи между формой лица и физической агрессией
(Carré, McCormick 2008). В литературе имеются данные о положительной
связи fWHR с физической силой и физической агрессией, прежде всего в ев-
ропеоидных популяциях (Třebický et al. 2014; Zilioli et al. 2015; Haselhuhn et al.
2015; Krenn, Buehler 2019; Krenn, Meier 2018; MacDonell et al. 2018). В целом
ряде работ по восприятию внешности эксперты действительно оценивают
мужчин с более высокими значениями этого индекса как более агрессивных,
доминантных и физически сильных (Kajonius, Eldblom 2020; Merlhiot et al.
Бутовская М.Л., и др. Мужчины, практикующие рискованные хобби...
201
2021). М. Браун с соавторами (Brown et al. 2022) объясняют эту связь адапта-
цией в процессе эволюции человека, позволяющей в конфликтах с предста-
вителями чужих групп правильно выбирать надежных партнеров для альян-
сов. Такая точка зрения предполагает, что упомянутые выше закономерности
должны проявляться во всех обществах, включая доиндустриальные.
В то же время многочисленные исследования связи fWHR с уровнем тесто-
стерона дали отрицательный результат на больших репрезентативных выборках
(Bird et al. 2016; Hodges-Simeon, et al. 2016, 2018; Welker et al. 2016; Kordsmeyer
et al. 2019). Свою лепту в эту критику вносят также исследования, проведенные
в неевропейских, в частности африканских, популяциях. Результаты этих работ
указывают на тот факт, что внешность, в том числе и fWHR, может по-разно-
му восприниматься в европейских и неевропейских (напр., африканских, ази-
атских или латиноамериканских) культурах (Fiala et al. 2022). Наши данные по
рейтингам лиц мужчин масаев, представителей традиционной скотоводческой
культуры Восточной Африки, говорят о том, что эксперты-масаи более высокие
баллы по шкале “физическая сила” действительно отдавали мужчинам с более
широкими лицами (Butovskaya et al. 2022). Однако в качестве более агрессив-
ных те же эксперты достоверно чаще выделяли мужчин с узкими, более высо-
кими (вытянутыми) лицами.
Наличие нескольких точек зрения и гипотез, касающихся связи индек-
са fWHR с выраженной морфологической и психологической маскулинно-
стью, а также противоречивые результаты экспериментов подтолкнули нас
к изучению на двух группах высокорисковых мужчин антропометрических
особенностей лица в их связи с психологическими и морфо-функциональ-
ными особенностями. В наших предыдущих исследованиях представители
экстремальных досуговых сообществ и опасных профессий демонстрирова-
ли статистически значимо большую физическую и психологическую маску-
линность и заявляли о более раннем начале половой жизни в сравнении с
контрольной группой (Апалькова и др. 2018).
В рамках настоящего исследования ожидалось, что будет обнаружена поло-
жительная связь относительных размеров нижней челюсти и fWHR с психоло-
гической и морфологической маскулинностью в группах мужчин, склонных к
риску. В частности, мы предполагали, что антропометрические показатели лиц
представителей экстремальных досуговых сообществ будут более маскулинны-
ми (относительные размеры нижней челюсти и fWHR у них будут выше); пси-
хологическая же маскулинность проявится в большей склонности к физической
агрессии и враждебности (особенно в группе гонщиков).
Были поставлены следующие задачи:
1) оценить комплекс антропометрических показателей лица (лицевых ин-
дексов) гонщиков, альпинистов и контрольной группы;
2) описать форму лица гонщиков, альпинистов и контрольной выборки с
использованием методов геометрической морфометрии; представить визуали-
зацию лиц мужчин всех трех групп;
3) проанализировать и сравнить индекс массы тела, показатели физической
силы и пальцевой индекс исследуемых групп;
4) сравнить психологические профили представителей трех групп по агрес-
сии и склонности к риску.
Материалы и методы
Материалы для данной статьи были собраны в период с 2017 по 2021 гг. в
Московской, Смоленской, Нижегородской областях и г. Тольятти во время про-
202
Этнографическое обозрение № 2, 2023
ведения этапов кубка России по автогонкам (гонщики; n = 36), в Республике
Кабардино-Балкария на альпинистской базе “Безенги” (альпинисты; n = 52) и в
г. Тула (контрольная группа студентов университета; n = 56). Общая выборка со-
ставила 144 человека. Возраст гонщиков варьировал от 18 до 43 лет (среднее =
29,75; ст. отклонение = 8,31), альпинистов - в сходных пределах, от 19 до 40 лет
(среднее = 29,27; ст. отклонение = 5,52); представители контрольной выборки
были моложе - от 17 до 22 лет (среднее = 18,98; ст. отклонение = 1,38).
Методы и приемы, использовавшиеся при проведении антропометрических
измерений, получении антропометрических фотографий и демографических
данных, для всех трех групп были идентичными. Все респонденты идентифи-
цировали себя как русские.
Антропометрические измерения. Блок антропометрических и функцио-
нальных измерений включал следующие показатели: длина тела, масса тела,
длины 2-го и 4-го пальцев на правой и левой руках, сила кистей рук.
Измерение длин 2-го и 4-го пальцев проводилось по методике Дж. Меннин-
га (Manning, Taylor 2001) с помощью электронного штангенциркуля с точно-
стью 0.01 мм (компании Emil Lux GmbH & Co. KG). Каждый палец измеряли
дважды для повышения точности результатов. Там, где наблюдалось несколько
базальных гребней, измерения проводили по наиболее проксимальному. Инди-
виды, у которых были травмы костей и суставов второго или четвертого пальца
или врожденные дефекты пальцев, были исключены из выборки. Измерение
роста проводили с помощью антропометра (компании GPM DKSH), для из-
мерения веса использовали весы-анализатор состава тела (BC-601, TANITA).
На основании этих данных вычисляли индекс массы тела испытуемых. Мышеч-
ная сила кисти измерялась с помощью электронного динамометра (ДМЭР-120-
0,5; диапазон измерений 2-120 даН).
Психологические тесты. Блок тестов включал опросник Басса - Перри на
склонность к разным видам агрессии (Buss, Perrу 1992) в переводе и адаптации
М.Л. Бутовской с соавторами (Бутовская и др. 2010) и опросник Цукермана на
склонность к риску (Zuckerman et al. 1978; Zuckerman 1994; Егорова, Пьянкова
1992).
Антропометрическая фотография. Анализ параметров лиц участников
эксперимента проводился на основе фронтальных снимков, созданных по всем
требованиям к стандартной антропометрической фотографии (Farkas 1994).
В ходе исследования каждого испытуемого усаживали на стул, просили вы-
прямить спину и смотреть прямо в камеру, сохраняя нейтральное выражение
лица. При необходимости голова участника выравнивались экспериментатором
в положение “франкфуртская горизонталь. Съемка проводилась при дневном
освещении с помощью цифрового фотоаппарата (фокусное расстояние 60 мм,
расстояние до объекта 180 см). Положение фотоаппарата в вертикальной пло-
скости корректировалось перед съемкой каждого испытуемого таким образом,
чтобы объектив находился на уровне глаз.
Геометрическо-морфометрический анализ морфологии лица. Анализ
морфологических особенностей лиц участников проводился методом геоме-
трической морфометрии. Этот метод уже использовался нами в предыдущих
исследованиях (Butovskaya et al. 2018, 2022; Rostovtseva et al. 2020, 2022). Пер-
вичная оцифровка фотографий, запечатлевших форму лица, проводилась по 70
точкам (36 общепринятых антропометрических точек и 34 так наз. полуточки),
детально описывающим контуры частей лица (Windhager et al. 2011). Оцифров-
ка фотографий проводилась в программе tpsDig2 2.17 (Rohlf 2015).
Впоследствии параметры лиц групп (альпинистов, гонщиков и студентов)
сравнивались попарно, поэтому прокрустово совмещение (суперимпозиция)
Бутовская М.Л., и др. Мужчины, практикующие рискованные хобби...
203
полученных конфигураций проводилось отдельно для каждой пары групп.
Суперимпозиция со скольжением полуточек была выполнена в программной
среде R с использованием пакета “geomorph” (Adams et al. 2021). В наши задачи
не входила оценка вклада флуктуирующей асимметрии, поэтому после прове-
дения суперимпозиции со скольжением каждая конфигурация была симметри-
зирована относительно центральной вертикальной оси. Такая процедура позво-
ляет нивелировать искажения двумерной проекции, связанные с небольшими
поворотами головы в горизонтальной плоскости при съемке. Симметризация
была выполнена в программной среде R с использованием базовых возможно-
стей языка R и функции Дж. Клода (Claude 2008).
Параметры лиц альпинистов, гонщиков и студентов (контрольная выбор-
ка) сравнивались попарно с помощью программы tpsRegr 1.45 (Ibid.) методом
многомерного регрессионного анализа. Координаты формы лиц были регресси-
рованы на бинарную переменную, кодирующую две группы мужчин. Уровень
статистической значимости результатов определялся с помощью перестановоч-
ного теста (10 тыс. перестановок) (Good 2000). Полученные результаты были
визуализированы в формах деформационных решеток (программа tpsRegr 1.45)
и морфов (программа tpsSuper 2.04) (Rohlf 2015).
Лицевые индексы. Шесть лицевых индексов были рассчитаны исходя из
набора стандартных линейных размеров лица: 1) относительная ширина лица;
2) относительное выступание скул; 3) соотношение высот лица; 4) относи-
тельная ширина средней части лица (fWHR); 5) относительная ширина ниж-
ней челюсти; 6) относительная высота нижней челюсти (см.: Табл. 1). Расчет
значений лицевых индексов проводился на основе координат точек лица после
проведения процедуры прокрустова совмещения (суперимпозиции).
Результаты исследования
Морфометрический анализ лица. В рамках морфометрического анализа
были проанализированы 144 фотографии и получены три модели средних кон-
фигураций лиц: для гонщиков, альпинистов и контрольной выборки. Методом
попарного сравнения этих конфигураций мы обнаружили, что лица предста-
вителей всех исследуемых групп значимо отличаются друг от друга. Различа-
лись формы лиц альпинистов и гонщиков (N = 88; 2,6% общей изменчивости;
p < 0,02), гонщиков и представителей контрольной выборки (N = 92; 3,6% общей
изменчивости; p < 0,00), альпинистов и представителей контрольной выборки
(N = 108; 3,6% общей изменчивости; p < 0,00). На Рис. 1 результаты сравнения
визуализированы в форме деформационных решеток, а на Рис. 2 представлены
в портретной форме. Для легкости восприятия полученные различия преувели-
чены в 4 раза от среднего. Визуально у гонщиков более округлые лица, более
тонкие губы и меньшие по размеру глаза, чем у альпинистов. Лица альпинистов
имеют более выраженную квадратную форму, четко очерченную нижнюю че-
люсть и более полные губы. Обе группы экстремалов отличаются от контроль-
ной выборки в целом более крупным и более высоким лицом, массивной ниж-
ней челюстью, тонкими губами и узким разрезом глаз.
Антропометрические показатели лица и тела. В силу того, что у некото-
рых респондентов были травмы пальцев, анализ антропометрических данных
тела проводился на чуть меньшей выборке. В нее вошли 36 гонщиков, 51 альпи-
нист и 53 студента (контрольная группа) - всего 140 человек.
В Табл. 1 представлены минимальные и максимальные значения, средние и
стандартные отклонения по каждому признаку в каждой из трех групп.
204
Этнографическое обозрение № 2, 2023
Рис. 1. Форма лица альпинистов, гонщиков и группы контроля
в виде деформационных решеток
Примечание: Деформационные решетки, представляющие различия в форме лица между: а) гон-
щиками (слева) и контрольной группой (справа); б) альпинистами (слева) и контрольной группой
(справа); в) гонщиками (слева) и альпинистами (справа). Решетки по центру являются средней фор-
мой лица по отношению к крайним вариантам. Для наглядности различия в форме между средним и
крайними конфигурациями преувеличены в 4 раза.
Бутовская М.Л., и др. Мужчины, практикующие рискованные хобби...
205
Рис. 2. Форма лица альпинистов, гонщиков и группы контроля в виде портретов
Примечание: Морфированные портретные изображения, представляющие различия в форме лица
между: а) гонщиками (слева) и контрольной группой (справа); б) альпинистами (слева) и контроль-
ной группой (справа); в) гонщиками (слева) и альпинистами (справа). Портреты по центру являются
средней формой лица по отношению к крайним вариантам. Для наглядности различия в форме меж-
ду средним и крайними конфигурациями преувеличены в 4 раза.
206
Этнографическое обозрение № 2, 2023
Таблица 1
Средние значения и изменчивость по изученным признакам
лица и тела у гонщиков, альпинистов и группы контроля
Группы
Признак
N
Мин.
Макс.
Среднее
Стандартное
отклонение
Гонщики
Относительная
36
0,99
1,32
1,163
0,073
ширина лица
Относительное
36
1,093
1,306
1,192
0,046
выступание скул
Соотношение
36
0,580
0,710
0,647
0,035
высот лица
fWHR
36
1,818
2,340
2,106
0,116
Относительная
36
1,810
3,020
2,505
0,289
ширина нижней
челюсти
Относительная
36
0,340
0,450
0,392
0,25
высота нижней
челюсти
ИМТ
36
17,20
31,52
23,252
3,124
R2D4D
36
0,918
1,008
0,963
0,026
L2D4D
35
0,923
1,028
0,971
0,0223
RHGS
36
41,00
79,50
55,264
8,90
LHGS
36
30,00
73,50
53,361
9,638
Альпини-
Относительная
52
1,010
1,300
1,170
0,065
сты
ширина лица
Относительное
52
1,083
1,347
1,187
0,048
выступание скул
Соотношение
52
0,610
0,690
0,646
0,022
высот лица
fWHR
52
1,792
2,475
2,165
0,137
Относительная
52
1,990
2,950
2,481
0,247
ширина нижней
челюсти
Относительная
52
0,340
0,480
0,400
0,028
высота нижней
челюсти
ИМТ
51
18,72
30,19
23,43
2,73
R2D4D
51
0,907
1,066
0,966
0,029
L2D4D
51
0,914
1,049
0,970
0,029
RHGS
51
35,00
75,50
51,314
8,175
LHGS
51
35,50
65,50
47,804
6,090
Группа
Относительная
56
1,080
1,370
1,209
0,068
контроля
ширина лица
Относительное
56
1,103
1,310
1,200
0,0488
выступание скул
Соотношение
56
0,590
0,690
0,643
0,021
высот лица
fWHR
56
1,896
2,745
2,225
0,158
Бутовская М.Л., и др. Мужчины, практикующие рискованные хобби...
207
Группа
Относительная
56
2,050
3,290
2,604
0,264
контроля
ширина нижней
челюсти
Относительная
56
0,320
0,450
0,389
0,027
высота нижней
челюсти
ИМТ
53
16,90
32,50
23,157
3,396
R2D4D
53
0,895
1,038
0,974
0,0308
L2D4D
52
0,915
1,069
0,978
0,034
RHGS
53
26,00
73,50
46,519
8,057
LHGS
53
24,00
67,00
43,538
7,64
Примечание: все измерения лица проводились по фронтальным фотографиям. Относи-
тельная ширина лица: скуловой диаметр (zy-zy)/морфологическая высота лица (so-gn);
относительное выступание скул: скуловой диаметр (zy-zy)/нижнечелюстной диаметр
(go-go); соотношение высот лица: морфологическая высота лица (so-gn)/физиономиче-
ская высота лица (tri-gn); fWHR - относительная ширина средней части лица: скуловой
диаметр (zy-zy)/высота средней части лица (верхнее веко - губной желобок); относитель-
ная ширина нижней челюсти: нижнечелюстной диаметр (go-go)/высота нижней челюсти
(st-gn); относительная высота нижней челюсти: высота нижней челюсти (st-gn)/морфо-
логическая высота лица (so-gn); ИМТ - индекс массы тела (кг/м2); R2D4D - пальцевой
индекс правой руки: отношение длины второго пальца к длине четвертого пальца руки;
L2D4D - пальцевой индекс левой руки; RHGS - сила кисти правой руки (даН; кгс); LHGS -
сила кисти левой руки (даН; кгс).
Анализ различий между тремя выборками мужчин по значениям лицевых ин-
дексов проводился с помощью пошаговой бинарной логистической регрессии.
В Табл. 2 представлены три модели (а, б, в), оценивающие, какие из шести лице-
вых индексов вносят значимый вклад в попарные различия (гонщики - контроль,
альпинисты - контроль, гонщики - альпинисты). Гонщики отличались от пред-
ставителей контрольной группы более низкими значениями относительной ши-
рины средней части лица (fWHR) (p < 0,001) и при этом более высокими значени-
ями относительной ширины лица (p = 0,001). В отличие от контрольной группы
относительная высота нижней челюсти у гонщиков имела существенно более
высокие значения (p < 0,001), что должно было бы привести к снижению относи-
тельной ширины лица у них. Однако этого не произошло из-за различий в толщи-
не губ, которые у гонщиков оказались тоньше (Рис. 1 и 2), тем самым увеличив
значение средней высоты лица по сравнению с группой контроля. Значения трех
индексов, представленных в Табл. 2 (модель а), позволили предсказать группо-
вую принадлежность мужчин (гонщики - контроль) с вероятностью 47,5%, что
свидетельствует о ярко выраженных систематических различиях между исследо-
ванными группами именно по этим признакам.
У альпинистов по сравнению с контрольной группой статистически значи-
мый вклад вносил только один из шести предикторов (лицевых индексов) - от-
носительная ширина лица: у них она имела более низкие значения, чем в группе
контроля (p = 0,003). Таким образом, лица у альпинистов были более узкими и
высокими. Значения относительной ширины лица позволяли предсказать груп-
пу мужчин (альпинисты-контроль) с вероятностью 12%. Гонщики отличались от
альпинистов более низкими значениями fWHR, однако этот результат был наиме-
нее выражен.
208
Этнографическое обозрение № 2, 2023
Таблица 2
Попарные различия по лицевым индексам между гонщиками,
альпинистами и контрольной группой
Зависимая
Предикторы
В
Wald
df
p
R2
P (мод.)
переменная
а
Гонщики
Относительная ши-
-33,88
17,70
1
<0,001
0,475
<0,001
(контроль)
рина средней части
лица (fWHR)
Относительная
130, 37
15,94
1
<0,001
высота нижней
челюсти
Относительная
43,51
11,57
1
0,001
ширина лица
б
Альпинисты
Относительная
-9,64
8,85
1
0,003
0,120
0,002
(контроль)
ширина лица
в
Гонщики
Относительная ши-
-3,66
4,13
1
0,042
0,068
0,034
(альпини-
рина средней части
сты)
лица (fWHR)
Примечание: представлены результаты пошаговой бинарной логистической регрессии,
в которой определялись значимые предикторы (лицевые индексы) формы лица: а) гон-
щиков (значение 1) по сравнению с контрольной группой (значение 0); б) альпинистов
(значение 1) по сравнению с контрольной группой (значение 0); в) гонщиков (значение 1)
по сравнению с альпинистами (значение 0). В таблице представлены данные только по
тем предикторам, которые вносили статистически значимый вклад в различия между рас-
сматриваемыми группами. Определения предикторов представлены на Рис. 1. B - коэф-
фициент регрессии, Wald - статистика Вальда, df - степени свободы, p - статистическая
значимость предиктора, R2 - коэффициент детерминации Нагелькеркеса, P (мод.) - стати-
стическая значимость модели.
Анализ показателей, связанных с характеристиками тела (индекс массы тела,
пальцевой индекс и сила кисти) у мужчин из трех групп проводился с использо-
ванием однофакторного дисперсионного анализа (one-way ANOVA) (см.: Табл. 3).
По индексу массы тела три группы не отличались между собой, однако важно
заметить, что разброс значений был минимален в группе альпинистов и макси-
мален в группе контроля (см.: Табл. 1). По пальцевым индексам группы также
достоверно не различались (см.: Табл. 3). Тем не менее отметим, что минималь-
ные средние значения пальцевых индексов выявлены у гонщиков, а максималь-
ные в группе контроля (см.: Табл. 1). Достоверные различия трех групп выявле-
ны по силе кисти на обеих руках (см.: Табл. 3), при этом максимальные средние
значения отмечены у гонщиков, а минимальные в группе контроля (см.: Табл. 1).
Гонщики и альпинисты отличались от студентов по силе кисти на правой (гонщи-
ки - контроль: р = 0,0001; альпинисты - контроль: р = 0,006) и левой (гонщики -
контроль: р = 0,0001; альпинисты - контроль: р = 0,008) руках. Кроме того, гон-
щики отличались также и от альпинистов по силе кисти на левой руке (гонщики -
альпинисты: р = 0,012).
Бутовская М.Л., и др. Мужчины, практикующие рискованные хобби...
209
Таблица 3
Результаты однофакторного дисперсионного анализа
по различиям морфологических признаков тела у гонщиков,
альпинистов и группы контроля
Сумма ква-
Степени
Среднее ква-
F
Р
дратов
свободы
дратичное
ИМТ
between groups
1,978
2
0,989
0,103
0,902
within groups
1314,120
137
9,592
Total
1316,099
139
R2D4D
between groups
0,003
2
0,002
1,882
0,156
within groups
0,115
137
0,001
Total
0,118
139
L2D4D
between groups
0,002
2
0,001
0,914
0,404
within groups
0,119
135
0,001
Total
0,120
137
RHGS
between groups
1690,767
2
845,383
12,205
0,0001
within groups
9489,205
137
69,264
Total
11179,971
139
LHGS
between groups
2071,536
2
1035,768
17,431
0,0001
within groups
8140,769
137
59,422
10212,305
139
Примечание: ИМТ - индекс массы тела (кг/м2); R2D4D - пальцевой индекс правой руки:
отношение длины второго пальца к длине четвертого пальца руки; L2D4D - пальцевой
индекс левой руки; RHGS - сила кисти правой руки (даН; кгс); LHGS - сила кисти левой
руки (даН; кгс). F - критерий Фишера; Р - статистическая значимость. Жирным шрифтом
выделены статистически значимые различия.
Психологические показатели: агрессия и склонность к риску. Данные пси-
хологических опросов были получены для 35 гонщиков, 51 альпиниста, 53 сту-
дента (контрольная выборка) по агрессии и 51 студента по склонности к риску
(см.: Табл. 4).
Таблица 4
Средние значения и изменчивость по самооценкам агрессии
и склонности к риску у гонщиков, альпинистов и группы контроля
Группы
N
Мин.
Макс.
Среднее
Стандарт-
ное откло-
нение
Гонщики
An
35
10,00
29,00
16,229
5,042
Pa
35
13,00
28,00
19,714
4,205
H
35
10,00
35,00
20,029
6,723
Va
35
7,00
71,00
15,943
10,183
total_agres
35
51,00
125,00
71,914
16,818
Tas
35
1,00
10,00
6,057
2,449
Es
35
2,00
10,00
5,171
2,479
Dis
35
0,00
10,00
5,314
2,564
210
Этнографическое обозрение № 2, 2023
Гонщики
Bs
35
0,00
6,00
2,486
1,772
risk_total
35
7,00
29,00
19,029
5,464
valid n
35
(listwise)
Альпинисты
An
51
7,00
26,00
14,569
5,186
Pa
51
10,00
35,00
22,02
5,255
H
51
12,00
30,00
20,177
4,475
Va
51
9,00
23,00
14,765
3,761
total_agres
51
47,00
103,00
71,53
12,993
Tas
51
2,00
10,00
7,902
1,982
Es
51
1,00
9,00
5,588
2,099
Dis
51
1,00
10,00
5,529
2,129
Bs
51
0,00
8,00
3,569
1,803
risk_total
51
10,00
34,00
22,588
5,682
valid n
51
(listwise)
Группа кон-
An
53
7,00
28,00
15,811
5,353
троля
Pa
53
11,00
35,00
22,359
5,782
H
53
12,00
37,00
23,208
5,975
Va
53
7,00
23,00
14,585
3,687
total_agres
53
46,00
116,00
75,962
15,616
Tas
51
1,00
10,00
6,216
2,788
Es
51
1,00
10,00
5,294
2,091
Dis
51
1,00
9,00
5,373
1,822
Bs
51
0,00
5,00
3,059
1,502
risk_total
51
7,00
33,00
19,941
6,001
Примечание: an - гнев; pa - физическая агрессия; h - враждебность; va - вербальная агрес-
сия; total_agres - общая агрессия; tas - острые ощущения и поиск приключений; es - поиск
опыта; dis - расторможенность; bs - восприимчивость к скуке; risk_total - общий риск.
Сравнение средних по показателям лица и тела у мужчин из трех групп провели с
использованием однофакторного дисперсионного анализа (см.: Табл. 5).
Таблица 5
Результаты однофакторного дисперсионного анализа
по различиям психологических показателей у гонщиков,
альпинистов и группы контроля
Сумма ква-
Степени
Среднее ква-
F
Р
дратов
свободы
дратичное
between groups
67,738
2
33,869
1,245
0,291
within groups
3698,794
136
27,197
Total
3766,532
138
pa
between groups
163,789
2
81,894
2,994
0,053
within groups
3720,312
136
27,355
Total
3884,101
138
Бутовская М.Л., и др. Мужчины, практикующие рискованные хобби...
211
h
between groups
313,806
2
156,903
4,855
0,009
within groups
4395,100
136
32,317
Total
4708,906
138
va
between groups
43,063
2
21,531
0,593
0,554
within groups
4939,930
136
36,323
Total
4982,993
138
total_agres
between groups
602,699
2
301,349
1,333
0,267
within groups
30737,373
136
226,010
Total
31340,072
138
tas
between groups
98,656
2
49,328
8,377
0,0001
within groups
789,023
134
5,888
Total
887,679
136
es
between groups
4,102
2
2,051
0,424
0,655
within groups
647,913
134
4,835
Total
652,015
136
dis
between groups
1,114
2
0,557
0,121
0,886
within groups
616,170
134
4,598
Total
617,285
136
bs
between groups
24,493
2
12,247
4,295
0,016
within groups
382,076
134
2,851
Total
406,569
136
risk_total
between groups
308,976
2
154,488
4,673
0,011
within groups
4430,148
134
33,061
Total
4739,124
136
Примечание: an - гнев; pa - физическая агрессия; h - враждебность; va - вербальная
агрессия; total_agres - общая агрессия; tas - острые ощущения и поиск приключений; es -
поиск опыта; dis - расторможенность; bs -восприимчивость к скуке; risk_total - общий
риск; F - критерий Фишера; Р - значимость. Жирным шрифтом выделены статистически
значимые различия.
Пограничные значения получены были для шкалы “физическая агрессия”:
гонщики демонстрировали самый низкий ее уровень (гонщики - альпинисты:
р = 0,04; гонщики - контроль: р = 0,018), а показатели альпинистов не отличались
от показателей группы контроля (см.: Табл. 3). Было установлено, что группы
достоверно различаются по уровням: враждебность; острые ощущения и поиск
приключений; восприимчивость к скуке; общий риск. Максимальные оценки по
враждебности были получены для студентов (гонщики - контроль: р = 0,007; аль-
пинисты - контроль: р = 0,007), тогда как гонщики по этому показателю не отли-
чались от альпинистов (см.: Табл. 3). Максимальные баллы по субшкале “острые
ощущения и поиск приключений” получены для альпинистов (альпинисты - гон-
щики: р = 0,001; альпинисты - контроль: р = 0,001), тогда как гонщики и студен-
ты не отличались друг от друга. По восприимчивости к скуке альпинисты также
лидировали, достоверно отличаясь от гонщиков (р = 0,012), а различия между
гонщиками и группой контроля были недостоверными. По общему риску альпи-
нисты превосходили две другие группы (альпинисты - гонщики: р = 0,01; альпи-
нисты - контроль: р = 0,031), гонщики и студенты между собой не отличались на
уровне достоверности.
212
Этнографическое обозрение № 2, 2023
Обсуждение результатов
Результаты проведенного анализа показали, что гонщики, альпинисты и сту-
денты (группа контроля) мужского пола достоверно отличаются между собой по
общей форме лица и лицевым индексам, а также по целому ряду физических и
психологических характеристик.
Наши данные показали, что физические характеристики представителей из-
ученных досуговых сообществ демонстрируют определенный набор отличий по
сравнению с группой контроля. Хотя все выборки сходны по индексу массы тела,
важно отметить, что для альпинистов разброс значений был минимален, а для сту-
дентов (контроль) максимален. Очевидно, что определенный профессиональный
отбор по индексу массы тела все же имеет место, и есть основания полагать, что
при увеличении размеров тестируемых выборок различия станут достоверными.
Мы также не нашли достоверных различий между группами по пальцевым ин-
дексам на правой и левой руках, однако и в этом случае наблюдались четкие тен-
денции: индексы были несколько ниже у гонщиков и альпинистов по сравнению
с группой контроля. Ранее уже было показано, что военные, альпинисты и веду-
щие спортсмены силовых видов спорта имели более низкие пальцевые индексы
(Бутовская и др. 2010, 2011; Апалькова и др. 2018). Есть все основания пола-
гать, что при увеличении размеров выборок, и эта тенденция станет достоверной.
По силе кисти гонщики демонстрируют достоверно более высокие показатели,
чем альпинисты и студенты (контроль). У гонщиков и альпинистов в целом отме-
чена большая сила кисти по сравнению с группой контроля, и эти данные также
согласуются с результатами исследований представителей силовых видов спорта
(Бутовская и др. 2010, 2011; Апалькова и др. 2018). Таким образом, материалы
данного исследования в комплексе с результатами, полученными ранее, позволя-
ют говорить, что мужчины, практикующие виды спорта и хобби, сопряженные с
физическим риском, демонстрируют выраженные признаки физической маску-
линности (мускульности тела).
Применение методов геометрической морфометрии позволило нам визуали-
зировать обобщенную внешность мужчин трех изученных групп. Наши данные
показывают, что гонщиков, альпинистов и студентов (контроль) можно различить
визуально. Лица первых более округлые, с тонкими губами и небольшими глаза-
ми. Лица вторых имеют более выраженную квадратную форму, четко очерчен-
ную нижнюю челюсть и полные губы. При этом и те и другие в целом отлича-
ются от мужчин контрольной выборки более крупным и высоким лицом, более
тонкими губами и более низкими глазницами (более узким разрезом глаз). Все
эти признаки свидетельствуют о большей маскулинности мужчин из данных до-
суговых сообществ по сравнению с контрольной группой. Вопреки ожиданиям,
индекс ширины к высоте средней части лица (fWHR) оказался достоверно выше
у студентов (контроль), чем у групп, практикующих рискованные хобби. При
этом гонщики имели большие значения относительной высоты нижней челюсти.
В какой мере результаты нашего исследования согласуются с ранее выявлен-
ными тенденциями? Хотя в целом ряде экспериментов были получены данные,
демонстрирующие положительную связь между высокими значениями индекса
fWHR и такими характеристиками, как доминантность, физическая сила и склон-
ность к агрессии (Carré, McCormick 2008; Třebický et al. 2014; Zilioli et al. 2015;
Haselhuhn et al. 2015; Krenn, Buehler 2019; Krenn, Meier 2018; MacDonell et al.
2018), нами подобная связь не была выявлена. В этом плане наши выводы согла-
суются с результатами ряда других недавних работ (Kosinski 2017; Butovskaya et
al. 2018, 2022; Wang et al. 2019). Не обнаружили мы и связи между пальцевым
индексом и силой кисти, а также их связи с fWHR как для всей нашей выборки,
Бутовская М.Л., и др. Мужчины, практикующие рискованные хобби...
213
так и для отдельных групп (гонщики, альпинисты, студенты). Впрочем, как от-
мечают другие авторы, даже если такая связь и обнаруживается, ее никак нельзя
отнести на счет общего эффекта, оказываемого андрогенами на развитие мор-
фологических признаков лица и тела у мужчин (Hodges-Simeon et al. 2016, 2018;
Kordsmeyer et al. 2019). Эти результаты заслуживают особого внимания, посколь-
ку в антропологии сегодня ведется активная дискуссия о ценности для оценки
специфических характеристик лица человека линейных размеров и индексов,
вычисленных на их основе, и о необходимости перехода к описаниям и анализу
общей формы лица методами геометрической морфометрии, обладающими боль-
шей информативностью и объективностью (Schaefer et al. 2009; Windhager et al.
2011; Mitteroecker, Schaefer 2022). Если в основе классической антропометрии
(и биометрии в целом) лежат признаки, каждый из которых является отдельной
независимой переменной, в геометрической морфометрии ситуация принципи-
ально иная. Ни одна из координатных точек не может быть рассмотрена отдель-
но, независимо от других, а следовательно, анализ неизбежно носит многомер-
ный характер. В нашем конкретном случае можно видеть, что общая форма лица
демонстрирует большую связь с показателями физической маскулинности, чем
индекс fWHR, широко используемый до настоящего времени в качестве индика-
тора лицевой маскулинности.
Наряду с описанием внешности, наши данные позволяют описать психоло-
гические профили мужчин, представителей двух досуговых сообществ, в срав-
нении с группой контроля. Важным представляется тот факт, что сами досуговые
группы существенно различаются между собой по психологическим характери-
стикам, ассоциированным с агрессивностью и склонностью к риску. Вопреки на-
шим ожиданиям, максимальные самооценки по физической агрессии и враждеб-
ности были получены в группе контроля, а не в группе гонщиков. По склонности
к риску вообще и по отдельным субшкалам в частности гонщики не выделялись
на фоне студентов (группы контроля). Напротив, альпинисты были более склон-
ны к поиску острых ощущений и приключений, более восприимчивы к скуке и в
целом достоверно превосходили другие группы по желанию рисковать и стрем-
лению к этим рискам. Предшествующие исследования показали, что успешные
спортсмены силовых видов спорта, альпинисты и военные элитных подразделе-
ний характеризуются также более высокой экстравертностью и более низкими
самооценками по нейротизму и гневу (Бутовская и др. 2010, 2011; Апалькова и
др. 2018).
* * *
Таким образом, предыдущие и нынешние результаты позволяют заключить,
что для лиц, профессионально сталкивающихся с риском или участвующих в
рискованных досуговых видах деятельности, характерен более высокий уровень
самоконтроля и психологической устойчивости по сравнению с контрольной
группой. Такой поведенческий комплекс, возможно, имеет адаптивный смысл и
является результатом отбора в ходе эволюции нашего вида: эти черты способ-
ствовали успешности мужчин в охоте на крупного зверя, были востребованы в
условиях военных действий при конфликтах с соседними группами (Бутовская
2016; Бутовская, Бужилова 2016).
Вместе с тем данные, представленные в нынешней работе, в сочетании с вы-
водами другого исследования (Бутовская, Адам 2022) позволяют предположить,
что в рамках этого морфопсихотипа могут наблюдаться различия, сопряженные с
сексуальным поведением и репродуктивными стратегиями в целом. В отличие от
гонщиков, для альпинистов характерно повышение уровня тревожности (а так-
214
Этнографическое обозрение № 2, 2023
же кортизола) с возрастом. При общем сходстве морфологических показателей
маскулинности гонщики и альпинисты существенно различаются по гормональ-
ному профилю, а именно по базовым уровням тестостерона и кортизола в слюне.
По сравнению с кадровыми военными, для которых физический риск является
частью профессии, представители досуговых сообществ более расположены к
кратковременным сексуальным связям и в целом более склонны к промискуитет-
ному сексуальному поведению и фантазированию на тему секса (Там же).
Подводя итоги данного исследования, отметим:
- гонщики, альпинисты и студенты (группа контроля) в целом отличались по
своим характеристикам (морфологическим и психологическим) друг от друга;
- методы геометрической морфометрии, использованные нами, дали возмож-
ность четко визуализировать различия между группами по форме лица и проде-
монстрировали свою высокую эффективность в сравнительных исследованиях.
Лица гонщиков оказались более округлыми, их отличали тонкие губы и неболь-
шие глаза. Лица альпинистов имели более выраженную квадратную форму, четко
очерченную нижнюю челюсть и более толстые губы. Отметим, что альпинисты и
гонщики в целом как группа склонная к рискованному поведению отличались от
мужчин контрольной выборки более крупным и высоким лицом, тонкими губа-
ми и низкими глазницами. Таким образом, применение методов геометрической
морфометрии позволило заключить, что мужчины из изученных досуговых сооб-
ществ были более маскулинными по сравнению с контрольной группой;
- представители досуговых сообществ, сопряженных с риском, обладают
большей физической силой (сила кисти). Средние значения пальцевых индексов
у гонщиков и альпинистов были ниже, чем у группы контроля, хотя различия не
достигли в рамках данного исследования достоверных значений. Исходя из дан-
ных, полученных нами ранее (Бутовская и др. 2010, 2011; Апалькова и др. 2018),
мы предполагаем, что при увеличении размеров сравниваемых выборок эти раз-
личия станут достоверными;
- сравнение психологических профилей представителей трех групп по агрес-
сии и склонности к риску выявило различия между группами, практикующими
рискованные хобби, и группой контроля. Было показано, что гонщики и альпини-
сты обладают лучшим самоконтролем и менее склонны к проявлениям физиче-
ской агрессии и гнева по сравнению с представителями группы контроля. Вместе
с тем гонщики отличаются от альпинистов по склонности к принятию рисков:
альпинисты больше ориентированы на поиск риска и хуже переносят скуку и
повседневную рутину.
Как и большинство эмпирических исследований, наша работа имеет ряд огра-
ничений. Во-первых, это небольшой размер выборок по каждой из анализируе-
мых групп. При увеличении численности представителей досуговых сообществ
сделанные нами выводы могут быть уточнены. Во-вторых, использование лишь
двух опросников для изучения самооценки (Басса - Перри - на склонность к
разным видам агрессии; Цукермана - по поиску ощущений). Мы полагаем, что
задействование дополнительных опросников, в частности ориентированных на
выявление черт личности, эмпатию и выбор социо-сексуальных стратегий, позво-
лит скорректировать общий портрет представителей этих досуговых сообществ и
уточнить модели эволюции рискованного поведения человека.
Источники и материалы
Adams et al. 2021 - Adams D., Collyer M., Kaliontzopoulou A., Baken E. Geomorph:
Software for Geometric Morphometric Analyses. R package version 3.3.2. 2021.
Бутовская М.Л., и др. Мужчины, практикующие рискованные хобби...
215
Научная литература
Апалькова Ю.И., Бронникова Н.К., Бутовская М.Л. Устойчивые сочетания мор-
фо-функциональных и личностных характеристик у мужчин высокорисковых
профессий // Вестник МГУ. Серия XXIII: Антропология. 2018. № 4. С. 67-76.
Бутовская М.Л., Веселовская Е.В., Прудникова А.С. Модели био-социальной
адаптации человека и их реализация в условиях индустриального общества //
Археология, этнография и антропология Евразии. 2010. № 4. С. 143-154.
Бутовская М.Л. и др. Морфо-функциональные и личностные характеристики
мужчин спортсменов как модель адаптивных комплексов в палеореконструк-
циях // Вестник Московского университета. Серия XXIII: Антропология.
2011. № 2. С. 4-17.
Бутовская М.Л. Универсальные морфо-психотипы человека: адаптация к усло-
виям среды и оптимизация репродуктивного успеха // Вестник РФФИ. 2016.
№ 3 (91). С. 92-99.
Бутовская М.Л., Адам Ю.И. Рискованное поведение как адаптивная стратегия
мужчин, их морфофизиологические профили и связь с репродуктивным
успехом в современном обществе // Этнографическое обозрение. 2022. № 4.
С. 209-227.
Бутовская М.Л., Бужилова А.П. Морфо-психологические комплексы как эво-
люционно стабильные стратегии человека в прошлом и настоящем // Труды
Отделения историко-филологических наук 2015 / Под ред. В.А. Тишкова.
М.: Наука, 2016. С. 94-117.
Егорова М.С., Пьянкова С.Д. Поиск ощущений и особенности личностной
сферы // Актуальные проблемы психологической службы: теория и практика:
сборник материалов международной конференции (Одесса, 8-9 сентября).
Т. 2. Одесса, 1992. С. 140-143.
Baker M.D.Jr., Maner J.K. Risk-Taking as a Situationally Sensitive Male Mating
Strategy // Evolution and Human Behavior. 2008. Vol. 29. P. 391-395.
Bird B.M. et al. Does the Facial Width-To-Height Ratio Map onto Variability in
Men’s Testosterone Concentrations? // Evolution and Human Behavior. 2016.
Vol. 37 (5). P. 392-398.
Boyer T.W. The Development of Risk-Taking: A Multi-Perspective Review //
Developmental Review. 2006. Vol. 26 (3). P. 291-345.
Brown M. et al. Contextual Factors that Heighten Interest in Coalitional Alliances with
Men Possessing Formidable Facial Structures in the United States // Evolution and
Human Behavior. 2022. Vol. 43 (1). P. 275-283.
Buss D.M. The Evolution of Desire: Strategies of Human Mating. N.Y.: Basic Books, 1994.
Buss A.H., Perry M. The Aggression Questionnaire // Journal of Personality and Social
Psychology. 1992. Vol. 633. P. 452-459.
Butovskaya M.L. et al. Associations of Physical Strength with Facial Shape in an
African Pastoralist Society, the Maasai of Northern Tanzania // PLoS One. 2018.
Vol. 13 (5). P. e0197738.
Butovskaya M.L. et al. Facial Cues to Physical Strength Increase Attractiveness but
Decrease Aggressiveness Assessments in Male Maasai of Northern Tanzania //
Evolution and Human Behavior. 2022. Vol. 43 (2). P. 115-121.
Byrnes J.P., Miller D.C., Schafer W.D. Gender Differences in Risk-Taking: A Meta-
Analysis // Psychological Bulletin. 1999. Vol. 125. P. 367-383.
Carré J.M., McCormick C.M. In Your Face: Facial Metrics Predict Aggressive
Behaviour in the Laboratory and in Varsity and Professional Hockey Players //
Proceedings of the Royal Society of London B. 2008. Vol. 275. P. 2651-2656.
Claude J. Morphometrics with R. N.Y.: Springer, 2008.
216
Этнографическое обозрение № 2, 2023
Farkas L.G. (ed.) Anthropometry of the Head and Face. Baltimore: Lippincott Williams
& Wilkins, 1994.
Fiala V. et al. Africans and Europeans Differ in Their Facial Perception of Dominance
and Sex-Typicality: A Multidimensional Bayesian Approach // Scientific Reports.
2022. Vol. 12 (1). P. 1-15.
Good P. Permutation Tests: A Practical Guide to Resampling Methods for Testing
Hypotheses. N.Y.: Springer-Verlag, 2000.
Haselhuhn M.P., Ormiston M.E., Wong E.M. Men’s Facial Width-To-Height Ratio
Predicts Aggression: A Meta-Analysis // PLoS One. 2015. Vol. 10 (4). P. e0122637.
Hodges-Simeon C.R. et al. Facial Width-To-Height Ratio (fWHR) Is Not Associated
with Adolescent Testosterone Levels // PLoS One. 2016. Vol. 11 (4). P. e0153083.
Hodges-Simeon C.R. et al. Response: Commentary: Facial Width-To-Height Ratio
(fWHR) Is Not Associated with Adolescent Testosterone Levels // Frontiers in
Psychology. 2018. No. 9. P. 160.
Kajonius P., Eldblom H. Facial Width-To-Height Ratio as a Cue of Threat: An Initial
Event-Related Potential Study // International Journal of Psychological and Brain
Kasielska-Trojan A., Stabryła P., Antoszewski B. Can Body Proportions Serve as a
Predictor of Risk-Taking Behaviours in Women and Men? // Journal of Biosocial
Science. 2017. Vol. 49 (5). P. 567-577.
Kelly S., Dunbar R. Who Dares, Wins: Heroism versus Altruism in Women’s Mate
001-1018-6
Kordsmeyer T.L. et al. Further Evidence that Facial Width-To-Height Ratio and Global
Facial Masculinity Are Not Positively Associated with Testosterone Levels //
Adaptive Human Behavior and Physiology. 2019. Vol. 5 (2). P. 117-130.
Kosinski M. Facial Width-To-Height Ratio Does Not Predict Self-Reported Behavioral
Tendencies // Psychological Science. 2017. Vol. 28 (11). P. 1675-1682. https://
doi.org/10.1177/0956797617716929
Krenn B., Buehler C. Facial Features and Unethical Behavior - Doped Athletes Show
Higher Facial Width-To-Height Ratios than Non-Doping Sanctioned Athletes //
pone.0224472
Krenn B., Meier J. Does Facial Width-To-Height Ratio Predict Aggressive Behavior
in Association Football?
// Evolutionary Psychology.
2018. Vol.
16
(4).
MacDonell E.T., Geniole S.N., McCormick C.M. Force versus Fury: Sex Differences
in the Relationships among Physical and Psychological Threat Potential, the Facial
Width-To-Height Ratio, and Judgements of Aggressiveness // Aggressive Behavior.
2018. Vol. 44 (5). P. 512-523.
Manning J.T., Taylor R.P. Second to Fourth Digit Ratio and Ability in Sport: Implications
for Sexual in Humans // Evolution and Human Behavior. 2001. Vol. 22. P. 61-69.
Merlhiot G. et al. Facial Width-to-Height Ratio Underlies Perceived Dominance on
Facial Emotional Expressions // Personality and Individual Differences. 2021.
Mitteroecker P., Schaefer K. Thirty Years of Geometric Morphometrics: Achievements,
Challenges, and the Ongoing Quest for Biological Meaningfulness // Yearbook
Biological Anthropology. 2022. No. 178 (Suppl. 74). P. 181-210. https://
doi.org/10.1002/ajpa.24531
Nicolaou N., Patel P.C., Wolfe M.T. Testosterone and Tendency to Engage in Self-
Employment // Management Science. 2017. Vol. 64 (4). P. 1825-1841.
Бутовская М.Л., и др. Мужчины, практикующие рискованные хобби...
217
Rohlf F.J. The tps Series of Software // Hystrix. 2015. Vol.
26
(1). P. 1-4.
Rostovtseva V.V. et al. Sexual Dimorphism in Facial Shape of Modern Buryats of
Southern Siberia // American Journal of Human Biology. 2020. Vol. 33 (2).
P. e23458.
Rostovtseva V.V., Mezentseva A.A., Butovskaya M.L. Perception of Emergent Leaders’
Faces and Evolution of Social Cheating: Cross-Cultural Experiments // Evolutionary
Psychology. 2022. Vol. 20 (1). P. 14747049221081733.
Schaefer K. et al. Psychomorphospace - From Biology to Perception, and Back:
Towards an Integrated Quantification of Facial Form Variation // Biological Theory.
2009. Vol. 4 (1). P. 98-106.
Třebický V. et al. Further Evidence for Links between Facial Width-To-Height Ratio
and Fighting Success: Commentary on Zilioli et al. (2014) // Aggressive Behavior.
Wang D. et al. A Case of Evolutionary Mismatch? Why Facial Width-To-Height Ratio
May Not Predict Behavioral Tendencies // Psychological Science. 2019. Vol. 30
(7). P. 1074-1081.
Welker K.M., Bird B.M., Arnocky S. Commentary: Facial Width-To-Height Ratio
(fWHR) is Not Associated with Adolescent Testosterone Levels // Frontiers in
Psychology. 2016. No. 7. P. 1745.
Wilson M., Daly M. Competitiveness, Risk Taking and Violence: The Young Male
Syndrome // Ethology and Sociobiology. 1985. No. 6. P. 59-73.
Windhager S., Schaefer K., Fink B. Geometric Morphometrics of Male Facial Shape
in Relation to Physical Strength and Perceived Attractiveness, Dominance, and
Masculinity // American Journal of Human Biology. 2011. Vol. 23 (6). P. 805-814.
Zilioli S. et al. Face of a Fighter: Bizygomatic Width as a Cue of Formidability //
ab.21544
Zuckerman M. Behavioral Expressions and Biosocial Bases of Sensation Seeking.
N.Y.: Cambridge University Press, 1994.
Zuckerman M., Eysenck S.B., Eysenck H.J. Sensation Seeking in England and America:
Cross-Cultural, Age, And Sex Comparisons // Journal of Consulting and Clinical
Psychology. 1978. Vol. 46. No. 1. P. 139-149.
R e s e a r c h A r t i c l e
Butovskaya, M.L., Y.I. Adam, A.A. Mezentseva, and V.V. Rostovtseva. Men
Who Practice Risky Hobbies Are More Physically Masculine [Muzhchiny,
praktikuiushchie riskovannye khobbi, otlichaiutsia bol’shei fizicheskoi
maskulinnost’iu]. Etnograficheskoe obozrenie,
2023, no.
2, pp.
199-221.
© Russian Academy of Sciences © Institute of Ethnology and Anthropology RAS]
Marina
Butovskaya
|
|
marina.butovskaya@gmail.com
|
Institute of Ethnology and Anthropology,
Russian Academy of Sciences (32a Leninsky prospekt, Moscow, 119991, Russia)
Institute of Ethnology and Anthropology, Russian Academy of Sciences (32a Leninsky
prospekt, Moscow, 119991, Russia)
218
Этнографическое обозрение № 2, 2023
Institute of Ethnology and Anthropology, Russian Academy of Sciences (32a Leninsky
prospekt, Moscow, 119991, Russia)
Victoria
Rostovtseva
|
|
victoria.v.rostovtseva@gmail.com | Institute of Ethnology and Anthropology, Russian
Academy of Sciences (32a Leninsky prospekt, Moscow, 119991, Russia)
Keywords
risk-taking, prenatal androgenization, facial shape, geometric morphometrics,
masculinity
Abstract
The aim of the study was to investigate specific morphological and psychological
characteristics of representatives of leisure communities focused on taking high risks,
compared to the control group of men. We studied facial and body anthropometric
parameters - presumable markers of prenatal androgenization and masculinization - as
well as the tendency to search for sensations and aggression in race car drivers (n=36),
alpinists (n=52) and students (n=56). We were also interested in possible associations
between the studied morphological and psychological parameters. It was revealed that
the faces of the representatives of all three groups differed significantly in the facial
shape. All three groups differed from each other in the fWHR index (the bizygomatic
width/the height of the middle part of the face), with the race drivers having the lowest
values and the highest for the controls. Race drivers differed significantly from controls
in the relative lower jaw height. The maximum average values for the handgrip strength
on both hands were noted in the race drivers, and the minimum in the control. We did
not find significant differences in the digit ratio on the right and left hands between the
groups. The result of the analysis of psychological profiles showed that alpinists are
more prone to risk and sensation seeking, as well as more sensitive to the monotonous
daily activities compared to race drivers and the control group, while the maximum
level of hostility was found for the control group.
Funding Information
This research was supported by the following institutions and grants:
[grant no. 20-09-00139]
References
Apalkova, Y.I., N.K. Bronnikova, and M.L. Butovskaya. 2018. Ustoichivye sochetaniia
morfo-funktsional’nykh i lichnostnykh kharakteristik u muzhchin vysokoriskovykh
professii [Stable Combinations of Morpho-Functional and Personal Characteristics in
Men of High-Risk Professions]. Vestnik MGU. Seriia XXIII: Antropologiia 4: 67-76.
Baker, M.D.Jr., and J.K. Maner. 2008. Risk-Taking as a Situationally Sensitive Male
Mating Strategy. Evolution and Human Behavior 29: 391-395.
Bird, B.M., et al. 2016. Does the Facial Width-To-Height Ratio Map onto Variability
in Men’s Testosterone Concentrations? Evolution and Human Behavior 37 (5):
392-398.
Boyer, T.W. 2006. The Development of Risk-Taking: A Multi-Perspective Review.
Developmental Review 26 (3): 291-345.
Brown, M., et al. 2022. Contextual Factors that Heighten Interest in Coalitional
Alliances with Men Possessing Formidable Facial Structures in the United States.
Evolution and Human Behavior 43 (1): 275-283.
Бутовская М.Л., и др. Мужчины, практикующие рискованные хобби...
219
Buss, D.M. 1994. The Evolution of Desire: Strategies of Human Mating. New York:
Basic Books.
Butovskaya, M.L., E.V. Veselovskaya, and A.V. Prudnikova. 2010. Models of Man’s
Biosocial Adaptation in an Industrial Society. Archaeology, Ethnology and
Anthropology of Eurasia 38 (4): 143-154.
Butovskaya, M.L. 2016. Universal’nye morfo-psikhotipy cheloveka: adaptatsiia k
usloviiam sredy i optimizatsiia reproduktivnogo uspekha [Universal Morpho-
Psychotypes of a Person: Adaptation to Environmental Conditions and Optimization
of Reproductive Success]. Vestnik RFFI 3 (91): 92-99.
Butovskaya, M.L., and A.P. Buzhilova. 2016. Morfo-psikhologicheskie kompleksy
kak evoliutsionno stabil’nye strategii cheloveka v proshlom i nastoiashchem
[Morphopsychological Complexes as Evolutionary Stable Human Strategies in the
Past and Now]. In Trudy Otdeleniia istoriko-filologicheskikh nauk 2015 [Papers of
the Historical and Philological Scholarly Department of the Russian Academy of
Sciences 2015], edited by V.A. Tishkov, 94-117. Moscow: Nauka.
Butovskaya, M.L., and Y.I. Adam. 2022. Riskovannoe povedenie kak adaptivnaia
strategiia muzhchin, ikh morfofiziologicheskie profili i sviaz’ s reproduktivnym
uspekhom v sovremennom obshchestve [Risky Behavior as an Adaptive Strategy
of Men, Their Morphophysiological Profiles and Connection with Reproductive
Success in Modern Society]. Etnograficheskoe obozrenie 4: 209-227.
Butovskaya, M.L., et al. 2011. Morfo-funktsional’nye i lichnostnye kharakteristiki
muzhchin sportsmenovkakmodel’ adaptivnykhkompleksovvpaleorekonstruktsiiakh
[Morpho-Functional and Personal Characteristics of Male Athletes as a Model of
Adaptive Complexes in Paleoreconstructions]. Vestnik Moskovskogo universiteta.
Seriia XXIII, Antropologiia 2: 4-17.
Butovskaya, M.L., et al. 2018. Associations of Physical Strength with Facial Shape in
an African Pastoralist Society, the Maasai of Northern Tanzania. PLoS One 13 (5):
e0197738.
Butovskaya, M.L., et al. 2022. Facial Cues to Physical Strength Increase Attractiveness
but Decrease Aggressiveness Assessments in Male Maasai of Northern Tanzania.
Evolution and Human Behavior 43 (2): 115-121.
Buss, A.H., and M. Perry. 1992. The Aggression Questionnaire. Journal of Personality
and Social Psychology 633: 452-459.
Byrnes, J.P., D.C. Miller, and W.D. Schafer. 1999. Gender Differences in Risk-Taking:
A Meta-Analysis. Psychological Bulletin 125: 367-383.
Carré, J.M., and C.M. McCormick. 2008. In Your Face: Facial Metrics Predict
Aggressive Behaviour in the Laboratory and in Varsity and Professional Hockey
Players. Proceedings of the Royal Society of London B 275: 2651-2656.
Claude, J. 2008. Morphometrics with R. New York: Springer.
Egorova, M.S., and S.D. Piankova. 1992. Poisk oshchushchenii i osobennosti lichnostnoi
sfery [Sensation Seeking and Features of the Personality]. Aktual’nye problemy
psikhologicheskoi sluzhby: teoriia i praktika: sbornik materialov mezhdunarodnoi
konferentsii (Odessa, 8-9 sentiabria) [Actual Problems of Psychological Service:
Theory and Practice: Materials of the International Conference (Odessa, 8-9 of
September)], 2: 140-143. Odessa.
Farkas, L.G., ed. 1994. Anthropometry of the Head and Face. Baltimore: Lippincott
Williams & Wilkins.
Fiala, V., et al. 2022. Africans and Europeans Differ in Their Facial Perception of
Dominance and Sex-Typicality: A Multidimensional Bayesian Approach. Scientific
Reports 12 (1): 1-15.
Good, P. 2000. Permutation Tests: A Practical Guide to Resampling Methods for
Testing Hypotheses. New York: Springer-Verlag.
220
Этнографическое обозрение № 2, 2023
Haselhuhn, M.P., M.E. Ormiston, and E.M. Wong. 2015. Men’s Facial Width-To-
Height Ratio Predicts Aggression: A Meta-Analysis. PLoS One 10 (4): e0122637.
Hodges-Simeon, C.R., et al. 2016. Facial Width-To-Height Ratio (fWHR) Is Not
Associated with Adolescent Testosterone Levels. PLoS One 11 (4): e0153083.
Hodges-Simeon, C.R., et al. 2018. Response: Commentary: Facial Width-To-Height
Ratio (fWHR) Is Not Associated with Adolescent Testosterone Levels. Frontiers in
Psychology 9: 160.
Kajonius, P., and H. Eldblom. 2020. Facial Width-To-Height Ratio as a Cue of Threat:
An Initial Event-Related Potential Study. International Journal of Psychological
Kasielska-Trojan, A., P. Stabryła, and B. Antoszewski. 2017. Can Body Proportions
Serve as a Predictor of Risk-Taking Behaviours in Women and Men? Journal of
Biosocial Science 49 (5): 567-577.
Kelly, S., and R. Dunbar. 2001. Who Dares, Wins: Heroism versus Altruism in Women’s
1018-6
Kordsmeyer, T.L., et al. 2019. Further Evidence that Facial Width-To-Height Ratio and
Global Facial Masculinity Are Not Positively Associated with Testosterone Levels.
Adaptive Human Behavior and Physiology 5 (2): 117-130.
Kosinski, M. 2017. Facial Width-To-Height Ratio Does Not Predict Self-Reported
Behavioral Tendencies. Psychological Science
28
doi.org/10.1177/0956797617716929
Krenn B., and C. Buehler. 2019. Facial Features and Unethical Behavior - Doped
Athletes Show Higher Facial Width-To-Height Ratios than Non-Doping
pone.0224472
Krenn, B., and J. Meier.
2018. Does Facial Width-To-Height Ratio Predict
Aggressive Behavior in Association Football? Evolutionary Psychology 16 (4):
MacDonell, E.T., S.N. Geniole, and C.M. McCormick. 2018. Force versus Fury:
Sex Differences in the Relationships among Physical and Psychological Threat
Potential, the Facial Width-To-Height Ratio, and Judgements of Aggressiveness.
Aggressive Behavior 44 (5): 512-523.
Manning, J.T., and R.P. Taylor. 2001. Second to Fourth Digit Ratio and Ability in Sport:
Implications for Sexual in Humans. Evolution and Human Behavior 22: 61-69.
Merlhiot, G., et al. 2021. Facial Width-to-Height Ratio Underlies Perceived Dominance
on Facial Emotional Expressions. Personality and Individual Differences 172:
Mitteroecker, P., and K. Schaefer. 2022. Thirty Years of Geometric Morphometrics:
Achievements, Challenges, and the Ongoing Quest for Biological Meaningfulness.
Yearbook Biological Anthropology
178 (Suppl.
74):
doi.org/10.1002/ajpa.24531
Nicolaou, N., P.C. Patel, and M.T. Wolfe. 2017. Testosterone and Tendency to Engage
in Self-Employment. Management Science 64 (4): 1825-1841.
hystrix-26.1-11264
Rostovtseva, V.V., et al. 2020. Sexual Dimorphism in Facial Shape of Modern Buryats
of Southern Siberia. American Journal of Human Biology 33 (2): e23458.
Rostovtseva, V.V., A.A. Mezentseva, and M.L. Butovskaya. 2022. Perception of
Emergent Leaders’ Faces and Evolution of Social Cheating: Cross-Cultural
Experiments. Evolutionary Psychology 20 (1): 14747049221081733.
Бутовская М.Л., и др. Мужчины, практикующие рискованные хобби...
221
Schaefer, K., et al. 2009. Psychomorphospace - From Biology to Perception, and Back:
Towards an Integrated Quantification of Facial Form Variation. Biological Theory
4 (1): 98-106.
Třebický, V., et al. 2015. Further Evidence for Links between Facial Width-To-Height
Ratio and Fighting Success: Commentary on Zilioli et al. (2014). Aggressive
Wang, D., et al. 2019. A Case of Evolutionary Mismatch? Why Facial Width-To-
Height Ratio May Not Predict Behavioral Tendencies. Psychological Science 30
(7): 1074-1081.
Welker, K.M., B.M. Bird, and S. Arnocky. 2016. Commentary: Facial Width-To-Height
Ratio (fWHR) is Not Associated with Adolescent Testosterone Levels. Frontiers in
Psychology 7: 1745.
Wilson, M., and M. Daly. 1985. Competitiveness, Risk Taking and Violence: The
Young Male Syndrome. Ethology and Sociobiology 6: 59-73.
Windhager, S., K. Schaefer, and B. Fink. 2011. Geometric Morphometrics of Male Facial
Shape in Relation to Physical Strength and Perceived Attractiveness, Dominance,
and Masculinity. American Journal of Human Biology 23 (6): 805-814. https://
doi.org/10.1002/ajhb.21219
Zilioli, S., et al. 2015. Face of a Fighter: Bizygomatic Width as a Cue of Formidability.
Zuckerman, M. 1994. Behavioral Expressions and Biosocial Bases of Sensation
Seeking. New York: Cambridge University Press.
Zuckerman, M., S.B. Eysenck, and H.J. Eysenck. 1978. Sensation Seeking in England
and America: Cross-Cultural, Age, And Sex Comparisons. Journal of Consulting
and Clinical Psychology 46 (1): 139-149.