ЮРИЙ ВАЛЕНТИНОВИЧ КНОРОЗОВ
В КОНТЕКСТЕ СОВЕТСКОЙ ЭТНОГРАФИЧЕСКОЙ НАУКИ
СЕРЕДИНЫ - ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ ХХ В.
Д.Д. Беляев
к.и.н., доцент | Российский государственный гуманитарный университет (Миусская
пл. 6, Москва, ГСП-3, 125267, Россия) | Институт этнологии и антропологии РАН
(Ленинский пр. 32а, Москва, 119991, Россия) | Национальный исследовательский уни-
верситет “Высшая школа экономики” (Покровский бульвар 11, Москва, 109028, Россия)
Ключевые слова
история антропологии, Ю.В. Кнорозов, советская этнография, американистика, древние
майя, этнографическая теория, этническая семиотика
Аннотация
В статье рассматриваются взгляды Юрия Валентиновича Кнорозова (1922-1999) на те-
оретические проблемы этнографии в контексте развития советской этнографической
науки. В конце 1940-х годов на становление Кнорозова как ученого оказали существен-
ное влияние С.П. Толстов и С.А. Токарев: вероятно, в русле идей С.П. Толстова им была
подготовлена несохранившаяся теоретическая работа о происхождении экзогамии; ин-
терес Кнорозова к шаманизму и тайным общества также находит параллели в работах
С.П. Толстова. Одновременно Кнорозовым разрабатывалась оригинальная концепция
эволюции календаря в связи с дуально-родовой организацией первобытного общества
и ее пережитками в раннеклассовую эпоху. В 1960-е годы Кнорозов отходит от этногра-
фической проблематики и сближается с лингвистами и специалистами по кибернетике,
занимаясь разработкой теории сигнализации и общими проблемами теории дешифров-
ки. В начале 1970-х годов он возвращается к этнографической проблематике на новом
уровне, исследуя тему связи календаря, религии и пережитков племенной дуально-
фратриальной организации у древних майя. Концепция этнической семиотики,
предложенная Кнорозовым в конце 1970-х годов, может рассматриваться как аль-
тернатива советской теории этноса, разрабатываемой в это время под руководством
Ю.В. Бромлея.
Информация о финансовой поддержке
Статья поступила 17.06.2023 | Окончательный вариант принят к публикации 01.09.2023
Ссылки для цитирования на кириллице / латинице (Chicago Manual of Style, Author-Date):
Беляев Д.Д. Юрий Валентинович Кнорозов в контексте советской этнографической нау-
ки середины - второй половины ХХ в. // Этнографическое обозрение. 2023. № 5. С. 10-24.
Beliaev, D.D. 2023. Yurii Valentinovich Knorozov v kontekste sovetskoi etnograficheskoi nauki
serediny - vtoroi poloviny XX v. [Yurii Valentinovich Knorozov in the Context of the Soviet
Ethnographic Science of the Mid and Late Twentieth Century]. Etnograficheskoe obozrenie 5: 10-24.
© Российская академия наук | © Институт этнологии и антропологии РАН
Беляев Д.Д. Юрий Валентинович Кнорозов в контексте советской этнографической науки...
11
ноябре 2022 г. российская наука отметила 100-летие со дня рождения
Юрия Валентиновича Кнорозова (1922-1999). Важность этого юбилея
В
для российского общества подчеркивает тот факт, что Президентом
Российской Федерации был подписан Указ от 1 июля 2022 г. № 419 “Об увеко-
вечении памяти Ю.В. Кнорозова и праздновании 100-летия со дня его рожде-
ния” (Об увековечении 2022). В преддверии этой даты в Санкт-Петербурге и
Москве были изданы избранные труды ученого (Кнорозов 2018, 2022) и его
обстоятельная биография (Ершова 2019). Помимо этого, московскими и пе-
тербургскими исследователями было опубликовано большое число работ, в
которых рассматривались отдельные аспекты личной и интеллектуальной
биографии Ю.В. Кнорозова - был введен в оборот большой объем архивных
источников (Долгова 2019, 2022; Долгова, Ершова 2022; Ершова, Долгова 2018;
Корсун 2019; Туторский и др. 2022).
Из обширного научного наследия Ю.В. Кнорозова наиболее известны
его достижения в области дешифровки древних письменностей, прежде все-
го иероглифики майя, освещенные как в научных работах, так и в научно-
популярной литературе. В зарубежной историографии Кнорозов признан в пер-
вую очередь как майянист (Ко 2021). В работах Г.Г. Ершовой подчеркивается
принципиальная междисциплинарность работ Кнорозова, который в своих ис-
следованиях интегрировал классическую этнографию, лингвистику, психоло-
гию, семиотику, а также идеи кибернетики и общей теории систем, стремясь со-
здать собственную теорию коммуникации и универсальную теорию коллектива
(Ершова 2018, 2019: 333-360). О широте его интересов говорят и воспоминания
коллег, знавших ученого в 1940-1960-е годы - А.М. Плунгяна, Вяч.Вс. Иванова
и др. (Плунгян 2019; Ершова 2019: 748-761). В то же время, как отмечал
Вяч.Вс. Иванов, “многое из того, что им было продумано и сделано, нам извест-
но в устной форме, никак не закреплено” (цит. по: Ершова 2019: 753).
Однако изначально научные подходы Кнорозова получили оформление в
рамках этнографической науки. А.М. Плунгян, опираясь на свои студенческие
воспоминания, писал, что Кнорозов уже во время учебы “определил пробле-
матику своих дальнейших исследований в области теории коммуникации, сиг-
нализации и управления в первобытном коллективе”, и подчеркивал его вни-
мание к шаманизму и шаманским практикам (Плунгян 2019: 67). В этой связи
представляется интересным попытаться посмотреть на Ю.В. Кнорозова как
этнографа в контексте развития советской этнографической науки середины -
второй половины ХХ в.
“Среднеазиатский период”: кафедра этнографии МГУ
и Музей этнографии народов СССР (1946-1953)
Документы, связанные с обучением Ю.В. Кнорозова в МГУ, демонстрируют
крайне широкую палитру этнографических курсов, освоенных им в студенче-
ские годы. Помимо общих курсов “История первобытного общества” (Д.Г. Редер)
и
“Этнография” (С.П. Толстов), это
“История первобытного хозяйства”
(Н.Н. Чебоксаров), “Этнография народов СССР” (С.А. Токарев), “История мате-
риальной культуры” и “Антропология” (Н.Н. Чебоксаров), “Фольклор” и “Эпос
восточных славян” (В.И. Чичеров), “Этнография Востока” (С.П. Толстов), а так-
же кафедральные спецкурсы “История культуры Хорезма” (С.П. Толстов), узбек-
ский язык (Шарипов). Особенно следует выделить спецсеминар “Анимизм и ша-
манство у казахов” (С.П. Толстов) (Туторский и др. 2022: 130-136).
В 1946 и 1947 гг. Кнорозов работал в составе 2-го (Североузбекского)
этнографического отряда экспедиции под руководством К.Л. Задыхиной
12
Этнографическое обозрение № 5, 2023
(1907-1969) (Ершова 2019; Жданко 1997: 16-20). Именно в ходе этой работы
были собраны полевые материалы об архаических элементах в местном фоль-
клоре и шаманских практиках, ставшие основой дипломной работы “Мазар
Шамун-Наби (среднеазиатская версия легенды о Самсоне)”, защищенной в
апреле 1948 г. В.А. Жданко отмечает: «Он разыскал нескольких шаманов (пор-
хан) и, сумев войти к ним в доверие, сделал ценные записи о местных формах
камлания - ойна (букв, “игра”), или зикр» (Жданко 1997: 20).
В № 2 журнала “Советская этнография” за 1949 г. выходит статья, напи-
санная на основе дипломной работы Кнорозова “Мазар Шамун-наби (Некото-
рые пережитки домусульманских верований у народов Хорезмского оазиса)”
(Кнорозов 1949). Обстоятельства ее появления сам автор передавал иронически:
С.П. Толстов “буквально выцарапал… текст дипломной работы, утащил и за-
толкал в журнал” (цит. по: Ершова 2019: 158). В статье впервые проявляется
один из важнейших элементов кнорозовской методики: он настаивает на “интер-
претации легенды об одном из таких святых… с учетом всего комплекса данных
по его культу, так как представляется методологически неправильным интерпре-
тировать один из элементов памятника духовной культуры, игнорируя осталь-
ные и тем самым отрываясь от конкретной обстановки” (Кнорозов 1949: 86).
Анализ легенды о местнопочитаемом святом Шамун-наби позволил Кнорозову
выявить в ней как библейские (легенда о Самсоне), так и домусульманские зоро-
астрийские мотивы (миф о первопредке Гайомарде) и сделать вывод: наиболее
устойчивыми оказались “культы божеств-покровителей ирригации, плодородия,
скотоводства, что в значительной степени объясняется той ролью в хозяйствен-
ной и бытовой жизни, которую им приписывало население” (Там же: 95). Второй
аспект, интересующий Кнорозова, - это анимистические обряды и шаманство.
Их распространение в Хорезме он связывает с миграцией тюркских племен,
культовые практики которых характеризовались наличием родовых святилищ
и культом мертвых (Там же: 96). В кратком описании суфийского зикра, дан-
ном Кнорозовым, подчеркивается введение зрителей в экстаз под удары бубна
(Там же: 88-89).
Вторая часть статьи посвящена анализу обрядов, проводимых шаманами
(порханами). В этих практиках Кнорозов обнаруживает сильный архаический
компонент, отмечая “ряд архаических черт, в частности были распростране-
ны травестированные порханы, одевающие во время сеанса женскую одежду”
(Там же: 96), а также имитация животных.
Впоследствии статья Кнорозова неоднократно цитировалась специалиста-
ми по традиционным верованиям Хорезма и Средней Азии (см., напр.: Снесарев
1969) и исследователями суфизма. Г.П. Снесарев характеризовал ее как “не-
большую, но исключительно богатую по содержанию статью… которая впо-
следствии неизменно цитировалась всеми авторами, интересующимися средне-
азиатской агиологией” (Снесарев 1983: 8).
Прослеживаемые в статье методы изучения культурных явлений через при-
зму сохранения в них архаических элементов находят явные параллели в рабо-
тах С.П. Толстова. В очерке “Путь корибантов” С.П. Толстов предлагает искать
в восточных обществах “такие явления, как связанные с восточной общиной
формы семейно-брачных отношений, как вопрос о пережитках родовой органи-
зации, матриархата и связанных с ним архаических общественных институтов
родового общества” (Толстов 1948: 282). В таком подходе автор очерка видит
своего рода альтернативу классическому востоковедению: “…наши историки
древнего мира, за редкими исключениями, ни на шаг не продвинулись по это-
му пути по сравнению с тем, что уже было сделано больше полувека назад…”
(Там же: 281).
Беляев Д.Д. Юрий Валентинович Кнорозов в контексте советской этнографической науки...
13
Особый раздел “Пути корибантов” посвящен народным движениям в Сред-
ней Азии и на Ближнем Востоке V-ХI вв. (Там же: 331-337). Анализ движений
Маздака, Муканны, Хурразада и карматов приводит С.П. Толстова к выводу, что
это была борьба за сохранение первобытнообщинного уклада и что особую роль
в этой борьбе играли тайные организации: “…общей организационной формой
руководства движениями является широко разветвленная тайная организация
с инициациями, рядом ступеней посвящения и строжайшей централизацией и
дисциплиной” (Там же: 337). Однако возникновение этих тайных организаций
С.П. Толстов не связывает с синхронной социально-экономической ситуацией,
он выводит их из первобытных тайных союзов, которые продолжали существо-
вать внутри восточных рабовладельческих государств и вновь оказались акту-
альны в условиях сопротивления феодальным порядкам.
О том интересе, который проявлял студент Юрий Кнорозов к закрытым сооб-
ществам типа мужских союзов как историческому феномену говорят практически
все хорошо знавшие его в 1940-1960-е годы знакомые и коллеги - А.М. Плунгян,
А.М. Пятигорский, Вяч.Вс. Иванов и др. (Плунгян 2019; Ершова 2019: 776).
Кнорозов приходит в Государственный музей этнографии народов СССР в
Отдел народов Средней Азии 1 января 1949 г. Сам Юрий Валентинович позднее
шутил, что его деятельность сводилось к тому, что он “вытряхивал среднеази-
атские ковры” (Ершова 2019: 731). Однако, как отмечает Е.А. Долгова, наряду
с работой над тематической экспозицией “Ковровые изделия народов Средней
Азии”, в 1949 г. ему была поручена научно-исследовательская тема “Шаман-
ство у казахов в ХIХ в.”. В 1949 г., в мае, на научной сессии музея он сделал
доклад “Пережитки до-мусульманских верований у народов Хорезмского оази-
са”, осенью планировалась экспедиция в Южно-Казахстанскую область (она не
состоялась в связи с отсутствием финансирования), а в конце года на отчетной
сессии Института этнографии АН СССР Кнорозов выступил с докладом “Ша-
манство у казахов в ХIХ в.” (Долгова 2019: 96-97). В 1949 г. Кнорозов в послед-
ний раз участвовал в работах Хорезмской экспедиции, в ходе которой собирал
материалы по верованиям народов Нижней Амударьи (Долгова 2019: 96-97).
Возможно, тогда он входил в состав каракалпакского этнографического отряда,
о чем сообщается в его автобиографиях (Долгова 2022: 804).
О том, что исследователь в это время работал не только над среднеазиат-
скими сюжетами и материалами по письменности майя, но и над более общими
вопросами этнографии, связанными с теоретическими проблемами первобыт-
ности, свидетельствует письмо С.А. Токарева от 18 декабря 1949 г., в котором
он комментирует идеи своего ученика о возникновении экзогамии:
Толстов сказал, что вы в основном правы, но ошибаетесь в чисто биологической стороне
вопроса, например у обезьян уже нет периода течки, тогда как у рогатого скота есть. По его
словам, дело тут “в том, что развитие материального производства потребовало большей
организованности, чему противоречили беспорядочные половые связи” (АМАЭ: Л. 91).
Гипотеза явно понравилась С.А. Токареву, поскольку он пишет: “Вообще
говоря, будет хорошо, если на эту тему вы дадите в журнал статью” (Там же).
Эту же работу С.А. Токарев упоминает в своем письме в Президиум АН СССР
от 12 декабря 1950 г.: “У Ю.В. Кнорозова имеются также работы, законченные
или незаконченные… по общим проблемам истории первобытнообщинного
строя (напр. о происхождении экзогамии)” (цит. по: Ершова 2019: 218).
Тема экзогамии была одной из наиболее обсуждаемых в советской этно-
графии уже в 1930-е годы (Золотарев 1931; Толстов 1931) и вновь актуали-
зировалась во второй половине 1940-х годов. Она была затронута и в дискус-
сии о проблемах экзогамии на заседании группы общей этнографии Института
14
Этнографическое обозрение № 5, 2023
этнографии 8 апреля 1947 г., где обсуждался доклад М.О. Косвена, по итогам
которого выступили такие ключевые фигуры советской этнографии того време-
ни, как Ю.М. Лихтенберг, Б.О. Долгих, П.И. Кушнер, С.П. Толстов, В.В. Бунак,
М.Г. Левин, Н.А. Бутинов и др. (Золотаревская 1947). К сожалению, оригинал
письма Кнорозова не сохранился, а в его опубликованных работах следов гипо-
тезы о возникновении экзогамии не прослеживается, но, по-видимому, в целом
она разрабатывалась в русле идей С.П. Толстова.
С 1950 г. Кнорозов сосредотачивается на изучении коллекций и организа-
ции архива музея (Долгова 2019). Параллельно с этим он все больше погружа-
ется в освоение темы древней Америки, что снижает активность его работы
со среднеазиатскими материалами. Тем не менее он принимает участие в Тур-
кменской экспедиции музея летом 1951 г. и вновь возвращается в Хорезмский
оазис, в Куня-Ургенчский район Ташаузской области, где проживали туркмены
племени йомуд. Однако его работа была больше ориентирована на вопросы
материальной культуры (из экспедиции он привез коллекцию из 22 предметов)
и современный быт туркменских колхозников. Новых материалов о шаманиз-
ме у туркмен он не собрал, и эта тема никак не всплывает в его биографии
(Коллекции 2022).
Этнография и американистика:
концепция дуально-родовой организации у древних майя
Внимание Кнорозова к древним американским культурам и проблеме
дешифровки письменности древних майя было связано с его общими инте-
ресами в области теории коммуникации и проявилось еще в студенческие
годы. Р.В. Кинжалов в своих воспоминаниях утверждает, что первое письмо
от Кнорозова с упоминанием майя он получил еще в 1941 г. Кнорозов тог-
да учился в Харьковском университете и прочел в газете о том, что работа
Р.В. Кинжалова “Очерк истории древних майя” получила первую премию на кон-
курсе молодых историков исторического факультета МГУ (Кинжалов 2012: 212).
А.М. Плунгян вспоминает, что впервые услышал о Кнорозове в начале 1946 г.
как о студенте-этнографе, который занимается письменностью майя (Плунгян
2019: 60). Согласно наиболее распространенной версии, С.А. Токарев передал
своему ученику статью П. Шелльхаса “Дешифровка иероглифов майя: нераз-
решимая проблема?” в 1947 г.
В то же время письмо С.А. Токарева от 16 июля 1948 г. свидетельствует о
том, что для него (как и для С.П. Толстова) было неожиданностью решение
Кнорозова заниматься в аспирантуре американистикой: “Сергей Павлович
очень удивился, и был против… вопрос о специализации по Хорезму считает
давно решенным - независимо от того будете ли вы в аспирантуре нашего
института или МГУ. Я тоже удивляюсь, почему это вам снова взбрела в голову
Америка” (АМАЭ: Л. 79). Очевидно, такие мысли Кнорозов уже высказывал,
но его учителя решили, что смогли его отговорить. Однако уже через полтора
месяца в заявлении в Приемную комиссию аспирантуры МГУ, датированном
8 сентября 1948 г., где С.А. Токарев ставит вопрос о пересмотре решения не
допустить Кнорозова к приемным экзаменам, он встает на сторону своего
ученика:
Тов. Кнорозов проявил себя как чрезвычайно способный молодой исследователь в обла-
сти чрезвычайно редкой специальности: этнографии народов Центральной Америки…
и специализируется по изучению нерасшифрованной до сих пор древней письменности
майя. Кафедра этнографии признала необходимым обеспечить тов. Кнорозову возмож-
ность серьезной научной подготовки для работы по данной специальности (АМАЭ: Л. 82).
Беляев Д.Д. Юрий Валентинович Кнорозов в контексте советской этнографической науки...
15
Судя по всему, работая в Музее этнографии народов СССР, Кнорозов об-
суждал в переписке с С.А. Токаревым не только ход работы над дешифров-
кой (Ершова 2019: 184, 212), но и прочие свои идеи. В ходе этого обсужде-
ния, по-видимому, была высказана гипотеза о связи календаря и социальной
организации у древних майя. В своем ответном письме от 18 декабря 1949 г.
С.А. Токарев дает развернутый комментарий:
Еще один вопрос, - связанный с первым, - это циклическое летоисчисление и связь его
с родо-фратриальной структурой. Эта ваша мысль мне чрезвычайно интересна, - но она
требует серьезной проверки. В самом деле, исходя из Вашей мысли, следовало бы пре-
жде всего искать у разных народов двухлетнего цикла - сообразно древнейшему числу
универсальных фратрий, - но такого цикла как будто бы нигде нет… Впрочем, я не хочу
особо спорить, ибо мысль мне нравится, - а только проверьте ее получше (АМАЭ: Л. 82).
В письме в Президиум АН СССР от 12 декабря 1950 г. С.А. Токарев говорит
о гипотезе Кнорозова как об одном из его важнейших достижений: “Работая
над изучением систем летосчисления разных народов, Ю.В. Кнорозов пришел к
интересным выводам о происхождении своеобразного циклического счисления
годов (напр. известный 12-летний цикл у тюркских и других народов)” (цит. по:
Ершова 2019: 211).
Гипотеза Кнорозова о связи циклического летосчисления и родо-фратри-
ального деления в развернутом виде впервые появляется в его кандидатской
диссертации. В стенограмме защиты она изложена следующим образом: древ-
нейшим циклом был 4-летний, в соответствии с которым четыре бога сменяли
друг друга, правя в течение года. Эти представления отражают смену власти по
родам. Появление циклов большего порядка связано с удлинением сроков прав-
ления. “Таким образом, циклическое летосчисление возникает как естествен-
ный результат смены правления по родам, а количество лет в цикле определяет-
ся не прихотью жрецов, а количеством родов в племени (или во фратрии, если
должности дублируются)” (цит. по: Ершова, Долгова 2018: 37).
Таким образом, реконструкция Кнорозовым архаической социальной орга-
низации майя выглядит следующим образом: 4 рода, вероятно, разделенные на
2 фратрии. Эта реконструкция прекрасно укладывается в общую схему дуаль-
но-родовой организации, столь важную для теоретических взглядов С.П. Тол-
стова (Толстов 1948: 281-337) и активно обсуждавшуюся советскими этногра-
фами в это время (Толстов 1951).
Соответственно, в распоряжении этнографов, исследующих первобытное
общество, оказывается новый метод: изучив циклические календарные систе-
мы, можно сделать вывод о ранних формах социальной организации. В этом
контексте исследователь предполагает, что популярный в Центральной Азии
12-летний цикл восходит к гуннскому племенному союзу, который был разде-
лен на 24 “племени”. Эти племена Кнорозов интерпретирует как разросшиеся
роды, объединенные в две фратрии (Кнорозов 1955: 73).
Примечательно, что из приводимых примеров были убраны античные, ко-
торые С.А. Токарев прокомментировал в процитированном выше письме от
18 декабря 1949 г., отметив, что “четыре племени” у греков (ахейцы, эолийцы,
ионийцы и дорийцы) могут быть случайными, а число фил у разных групп
было различным (напр., дорийских было 3) (АМАЭ: Л. 82).
Во второй половине 1950-х годов при подготовке фундаментальной моно-
графии “Письменность индейцев майя” Кнорозов развивает свою концепцию и
предлагает объяснение возникновения у майя 20-летних циклов (ст.-юк. к’атун).
По его мнению, “племя, организация которого послужила образцом, состояло
из 20 родов, объединенных в четыре группы (по две во фратрии)” (Кнорозов
16
Этнографическое обозрение № 5, 2023
1963: 12); 4-летний цикл объясняется теперь не древнейшим объединением из
4 родов, а тем, что у власти ежегодно менялись представители четырех групп
родов. В дальнейшем, при формировании государственности, когда побеждает
один из родов, его вожди узурпируют власть и претендуют на продление прав-
ления. Двадцатилетия делятся на 4 подпериода (по 5 лет), в конце каждого из
которых устанавливались стелы (Там же: 12-13).
От кибернетики к этнической семиотике
(1960-1970-е годы)
В начале 1960-х годов в научном творчестве Кнорозова наблюдается па-
дение интереса к традиционным вопросам советской этнографической науки.
По всей вероятности, монография “Письменность индейцев майя” была гото-
ва уже к 1957 г., так как положительный отзыв академика В.В. Струве датиру-
ется декабрем этого года (Ершова 2019: 294-296), однако выйдет она лишь в
1963 г. Очевидно, задержка с публикацией вызывала у Юрия Валентиновича
серьезный стресс, поскольку в январе 1958 г. С.А. Токарев обращается к его
супруге В.М. Самковой и пишет, что Кнорозова надо беречь, поскольку он -
золотой фонд советской науки (АМАЭ: Л. 90).
Параллельно Кнорозов с головой погружается в дешифровку письменности
о-ва Пасхи, где совместно с Н.А. Бутиновым достигает больших успехов
(Бутинов, Кнорозов 1956; и др.). Примечательно, что для зарубежных коллег
результаты этой работы были даже более убедительны, чем работы по майя.
М. Ко в рецензии на издание русского перевода “Сообщения о делах в Юка-
тане”, рассуждая о состоянии дешифровки майяской иероглифики, выражает
надежду, что в ближайшее время она будет настолько же успешна, как и случай
с кохау ронгоронго (Coe S.D., Coe M.D. 1957: 208).
В 1958 г. Кнорозов подключается к обсуждению предложенной Д.Д. Тумар-
киным идеи об организации полинезийской экспедиции на судне “Витязь”, пла-
нируемой на 1959 г. Н.А. Бутинов считал, что работа должна сосредоточиться в
этнографической сфере (язык, письменность и современная культура жителей
острова) (Игнатьев 2021: 121). Иная точка зрения была у Кнорозова: в записке,
поданной в апреле 1958 г. С.П. Толстову, Юрий Валентинович пишет о мас-
штабной комплексной археолого-этнографической экспедиции (5-6 месяцев
работы, 15-20 советских исследователей и 40 местных рабочих, разделенных
на три отряда - два археологических и один этнографический) (Ершова 2019:
286-287), а на обсуждении экспедиции осенью 1958 г. он говорит о том, что
этнографический отряд при необходимости можно сократить, поскольку “этно-
графам там делать нечего”, а “изучение письменности - чисто кабинетная рабо-
та” (Игнатьев 2021: 121). По-видимому, на это накладывается и раскол тандема
Кнорозов-Бутинов, в результате которого Николай Александрович отходит от
кнорозовских взглядов на письменность ронгоронго и начинает развивать свои
собственные идеи.
Но все-таки основной причиной ослабления внимания к этнографии было
появление новой сферы, где Кнорозов мог сосредоточиться на теории ком-
муникации. Этой сферой стала бурно развивающаяся в СССР кибернетика.
В 1959 г. был создан Научный совет по комплексной проблеме “Кибернетика”
при Президиуме АН СССР под руководством академика А.И. Берга. По ини-
циативе Вяч.Вс. Иванова Кнорозов был включен в состав Лингвистической
секции Совета. Уже на первом ее заседании, в котором приняли участие
А.А. Реформатский, В.А. Успенский, И.И. Ревзин и другие, было принято ре-
шение, что Кнорозов будет руководить работами по дешифровке исторических
Беляев Д.Д. Юрий Валентинович Кнорозов в контексте советской этнографической науки...
17
письменностей (в связи с использованием в этой области ЭВМ) и по теории
письма. В этой связи А.И. Берг обратился в Президиум АН СССР и в дирекцию
Института этнографии с предложением о создании группы по дешифровке
исторических письменностей (Иванов 1998: 259-261). Обращение академика
оказывается весомым аргументом, и в Постановлении Президиума АН СССР
№ 452 от 6 мая 1960 г. “О развитии структурных и математических методов
исследования языка” особо отмечается: “Применение структурных и мате-
матических методов особенно важно… для разработки методов дешифровки
древних письменностей” (Там же: 265-266). Таким образом, теоретические
разработки Кнорозова вышли на новый уровень в системе советской науки.
Однако первая попытка дешифровки с использованием ЭВМ, предприня-
тая с подачи Вяч.Вс. Иванова в сотрудничестве с Институтом математики Си-
бирского отделения АН СССР, оказалась неудачной и осталась в истории со-
ветской науки как яркий пример “нездоровой сенсации” (Кутателадзе 2006;
Ершова 2019: 303-330). После этого начинается сотрудничество Кнорозова с
московскими математиками из Всесоюзного института научной и технической
информации АН СССР (ВИНИТИ) Ю.А. Шрейдером и позднее М.А. Пробстом.
Разрабатываются общие алгоритмы дешифровки, ведется работа с протоиндий-
ской письменностью и обсуждение исследования киданьской письменности.
С начала 1960-х годов Юрий Валентинович становится частым гостем на кон-
ференциях по проблемам обработки информации и по прикладной лингвистике.
В 1964 г. он возглавляет комиссию по дешифровке исторических систем письма
секции семиотики Научного совета по комплексной проблеме “Кибернетика”
(Долгова, Ершова 2022: 50).
Снижение интереса Кнорозова к тем ключевым темам, которые волновали
советскую этнографию, наглядно видно на примере его участия в VII Междуна-
родном конгрессе антропологических и этнографических наук в Москве в 1964 г.,
который был крайне значимым событием для советской науки (Алымов 2023).
Он не принимал участия в “теоретической секции”, посвященной идеям
Л.Г. Моргана и проблемам периодизации первобытного общества (Алымов 2022),
а выступал в секции № 25 “Центральная и Южная Америка” с узкопрофессио-
нальным докладом “Пантеон древних майя” (Кнорозов 1964; Knorozov 1971).
Возвращение Кнорозова на новом уровне к этнографическим концепциям
1950-х годов происходит в начале 1970-х. Еще в своей диссертации он писал:
“Нужно, конечно, всячески подчеркнуть, что смена правления не является един-
ственной причиной возникновения циклического летосчисления и сама должна
рассматриваться как элемент целой системы взаимно связанных социальных
институтов” (Кнорозов 1955: 73). В новых исследованиях он добавляет к сме-
не власти и календарю схему организации пантеона. Модифицированная кон-
цепция эволюции календаря майя первоначально оформляется в серии статей
“Заметки о календаре майя”, вышедших в начале 1970-х годов (Кнорозов 1971а,
1971б, 1973а, 1973б).
Календарные циклы уже не объясняются напрямую дуально-родовой орга-
низацией. Так, 4-летний цикл не определяется исключительно 4-родовой струк-
турой коллектива, а связывается с 4-летним сроком правления, установленным
“II реформой календаря” (Кнорозов 1971б: 35). Однако в статье, посвященной
365-дневному году, автор вновь упоминает идею борьбы за власть между вождя-
ми из 4 родов. Более того, он фактически возвращается к мысли С.А. Токарева,
высказанной в письме 1949 г., о необходимости найти коррелят с древнейшим
двухфратриальным делением, которому, однако, считает Кнорозов, соответ-
ствуют не двухлетний цикл, как предполагал С.А. Токарев, а деление года на
два сезона (дождливый и сухой) и наличие двух сезонных вождей (Кнорозов
18
Этнографическое обозрение № 5, 2023
1973а). Введение же 20-летий в качестве основной хронологической единицы
(так наз. III реформа календаря) связывается не с 20 родами, а со стремлением
правителей сохранить свою власть (Кнорозов 1971б: 36-37).
Развитие социальной организации тоже видится несколько по-иному. Тра-
диционная модель племени состоит из 16 родов, обладающих собственными
тотемами и символами и делящихся на 2 фратрии. Вождям фратрий в панте-
оне соответствовали правящие поочередно бог дождя и бог солнца, а сменой
власти руководила богиня луны, которой соответствовала верховная жрица.
В дальнейшем эта модель заменяется новой: племя состоит из 4 равноправных
фратрий; боги фратрий сменяют друг друга ежегодно (Кнорозов 1973б).
Гипотеза о связи дуально-фратриального деления общества, календаря и
структуры пантеона нашла свое выражение в анализе пантеона божеств в ком-
ментариях к переводу иероглифических рукописей (Кнорозов 1975: 253-255).
Божества майя делятся Кнорозовым на две фратрии: летнюю (символ - голу-
бой змей) во главе с богом неба Ицамной и зимнюю (символ - красный змей)
во главе с богом смерти (Там же: 253). У каждой фратрии был свой загробный
мир; фратрии и роды символически связывались с временами года, сторонами
света, животными и растениями (Там же: 254). Следующим этапом было уста-
новление гегемонии 4 главных родов (подфратрий), которые олицетворяли бога
огня, бога солнца, Ицамну и бога смерти; в смене власти важную роль играл
старый бог-распорядитель (Там же: 254-255). Последним этапом стал переход
к 20-летнему (фактически пожизненному) правлению.
С одной стороны, Кнорозов в своих новых работах возвращается к класси-
ческой этнографической проблематике и к теме организации догосударствен-
ных обществ. Хотя он не ссылается на С.П. Толстова или С.А. Токарева, влия-
ние их идей по-прежнему можно проследить в общей логике научного анализа,
во внимании к дуальному делению и к базовому постулату об отражении следов
племенной организации в различных сферах культуры и общества майя в более
поздние эпохи. С другой стороны, теперь понимание принципов организации
социальных структур усложнилось: учитываются природно-хозяйственные,
астрономические и собственно календарно-математические факторы.
В конце 1970-х годов Ю.В. Кнорозов формулирует свою собственную теорию
этнической семиотики. В последние годы она стала объектом специальных ис-
следований (Ершова 2019: 361-383; Долгова, Ершова 2022), поэтому нет нужды
в ее детальном описании. Важным кажется попытаться понять, почему возникла
необходимость в формулировке новой теоретической концепции и насколько она
соотносится с теоретическими положениями советской этнографии того времени.
По-видимому, обозначение группы Кнорозова как группы по дешифровке
исторических систем письма перестает отвечать как научным интересам ее ру-
ководителя, так и ее месту в структуре советской науки. Помимо этого, было
необходимо конституировать новый статус Кнорозова после присуждения ему
Ленинской премии в 1977 г. В докладной записке об организации группы этни-
ческой семиотики указывается, что работа ведется по двум основным направ-
лениям: общая теория коллектива (сам Кнорозов и Н.М. Гиренко) и “теория
сигнализации и изучение конкретных графических систем” (Долгова, Ершова
2022: 54). Второе направление было крайне широко по региональному охвату
(Сибирь и Дальний Восток, Центральная и Восточная Азия, Индия, Мезоаме-
рика, Океания). Использование определения “этнический”, судя по всему, было
призвано обезопасить коллектив от обвинений в том, что его члены занимаются
не этнографией, а лингвистикой или археологией.
Насколько Кнорозов рассматривал этническую семиотику как альтернативу
теории этноса, которая стала центральным элементом советской этнографиче-
Беляев Д.Д. Юрий Валентинович Кнорозов в контексте советской этнографической науки...
19
ской науки в 1970-е годы, неясно. В разработке и обсуждении этой теории он
не принимал никакого участия, в его собственных работах термин “этнос” не
используется, ссылок на работы Ю.В. Бромлея обнаружить не удается. Само
название “теория коллектива” свидетельствует о том, что ее автор имел соб-
ственное видение теоретических проблем этнографии. Однако, как и ранее в
случае с концепцией экзогамии, обобщающей теоретической работы Кнорозов
так и не опубликовал.
Источники и материалы
АМАЭ - Архив Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого РАН
(Кунсткамера). Ф. 40. Оп. 1. Д. 86.
Коллекции 2022 - Коллекции Ю.В. Кнорозова в Российском этнографическом
музее. К 100-летию со дня рождения // Российский этнографический музей.
Об увековечении 2022 - Указ Президента Российской Федерации от 01.07.2022
№ 419 “Об увековечении памяти Ю.В. Кнорозова и праздновании 100-летия со
дня его рождения” // Официальный интернет-портал правовой информации.
Научная литература
Алымов С.С. Советская этнография под “западным взглядом”: микроистория
симпозиума “Учение Л.Г. Моргана о периодизации первобытного обще-
ства в свете современной этнографии” на VII МКАЭН в Москве в 1964 г. //
За синей птицей (антропология академической жизни). Памяти Г.А. Кома-
ровой / Под ред. Э.-Б. Гучиновой, В.А. Шнирельмана. М.: ИЭА РАН, 2022.
С. 98-119.
Алымов С.С. VII Международный конгресс антропологических и этнографиче-
ских наук в Москве (1964) и трансформация советской этнографии в эпоху
оттепели // Сибирские исторические исследования. 2023. № 1. С. 96-127.
Бутинов Н.А., Кнорозов Ю.В. Предварительное сообщение об изучении пись-
менности острова Пасхи // Советская этнография. 1956. № 4. С. 77-91.
Долгова Е.А. Научный сотрудник Ю.В. Кнорозов в Государственном музее эт-
нографии народов СССР // IX Кнорозовские чтения: Древние цивилизации
Старого и Нового Света / Отв. ред. Г.Г. Ершова. М.: РГГУ, 2019. С. 93-102.
Долгова Е.А. Автобиография Ю.В. Кнорозова: эволюция документа в личном
деле исследователя // Вестник архивиста. 2022. № 3. С. 796-809. https://
doi.org/10.28995/2073-0101-2022-3-796-809
Долгова Е.А., Ершова Г.Г. “Особое внимание уделяется забытым системам пись-
ма…”. Докладная записка Ю.В. Кнорозова об организации группы этниче-
ской семиотики в Институте этнографии АН СССР. 1979 г. // Исторический
архив. 2022. № 4. С. 50-56.
Ершова Г.Г. Теоретическое наследие Ю.В. Кнорозова: к 70-летию первой науч-
ной публикации // Известия Российской академии наук. Серия литературы и
Ершова Г.Г. Последний гений XX века: Юрий Кнорозов: судьба ученого.
М.: РГГУ, 2019.
Ершова Г.Г., Долгова Е.А. “Вот все, что я могу сказать о предлагаемой работе”:
диссертационный диспут Ю.В. Кнорозова. 1955 г. // Исторический архив.
2018. № 5. С. 29-53.
20
Этнографическое обозрение № 5, 2023
Жданко Т.А. Этнографические исследования и этнографы Хорезмской экспеди-
ции // Этнографическое обозрение. 1997. № 2. С. 15-33.
Золотарев А.М. Происхождение экзогамии // Известия Государственной акаде-
мии истории материальной культуры. 1931. Т. 10. Вып. 2/4.
Золотаревская И. Дискуссия о проблеме экзогамии // Советская этнография.
1947. № 3. С. 151-154.
Иванов Вяч.Вс. Академик А.И. Берг и развитие работ по структурной лингви-
стике и семиотике в СССР // Очерки истории информатики в России / Ред.-
сост. Д.А. Поспелов, Я.И. Фет. Новосибирск: Научно-издательский центр
ОИГГМ СО РАН, 1998. С. 257-273.
Игнатьев Р.Н. А.В. Ефимов и советская “этноамериканистика”: оттепель и за-
морозки // Сибирские исторические исследования. 2021. № 1. C. 88-137.
Кинжалов Р.В. Из прошлого. СПб.: Свято-Алексиевская Пустынь, 2012.
Кнорозов Ю.В. Мазар Шамун-наби (Некоторые пережитки домусульманских
верований у народов Хорезмского оазиса) // Советская этнография. 1949.
№ 2. С. 86-97.
Кнорозов Ю.В. “Сообщение о делах в Юкатане”: Диэго де Ланда как истори-
ко-этнографический источник // Диэго де Ланда. Сообщение о делах в Юка-
тане, 1566 г. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1955. С. 3-96.
Кнорозов Ю.В. Письменность индейцев майя. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1963.
Кнорозов Ю.В. Пантеон древних майя. М.: Наука, 1964.
Кнорозов Ю.В. Заметки о календаре майя: общий обзор I // Советская этногра-
фия. 1971а. № 2. С. 77-86.
Кнорозов Ю.В. Заметки о календаре майя: общий обзор II // Советская этногра-
фия. 1971б. № 3. С. 33-39.
Кнорозов Ю.В. Заметки о календаре майя: 365-дневный год // Советская этно-
графия. 1973а. № 1. С. 70-80.
Кнорозов Ю.В. Заметки о календаре майя: Монумент E в Трес-Сапотес // Латин-
ская Америка. 1973б. № 6. С. 81-90.
Кнорозов Ю.В. Иероглифические рукописи майя. Л.: Наука, 1975.
Кнорозов Ю.В. Избранные труды. СПб.: МАЭ РАН, 2018.
Кнорозов Ю.В. Избранные труды / Сост. и отв. ред. М.Ф. Альбедиль. СПб.:
МАЭ РАН, 2022.
Ко М. Разгадка кода майя: как ученые расшифровали письменность древней
цивилизации. М.: Бомбора, 2021.
Корсун С.А. Превратности судьбы Ю.В. Кнорозова // Латинская Америка. 2019.
Кутателадзе С.С. Леонид Канторович, Юрий Кнорозов и машинная дешиф-
ровка письма майя // Информационный бюллетень ассоциации “История и
компьютер”. 2006. № 33. С. 210-219.
Плунгян А.М. Заметки к биографии Юрия Валентиновича Кнорозова // IX Кно-
розовские чтения: Древние цивилизации Старого и Нового Света / Отв. ред.
Г.Г. Ершова. М.: РГГУ, 2019. С. 54-68.
Снесарев Г.П. Реликты домусульманских верований и обрядов у узбеков Хорез-
ма. М.: Наука, 1969.
Снесарев Г.П. Хорезмские легенды как источник по истории религиозных куль-
тов Средней Азии. М.: Наука, 1983.
Толстов С.П. Проблемы дородового общества // Советская этнография. 1931.
№ 3-4. С. 69-103.
Толстов С.П. Древний Хорезм. Опыт историко-археологического исследова-
ния. М.: Издание МГУ, 1948.
Беляев Д.Д. Юрий Валентинович Кнорозов в контексте советской этнографической науки...
21
Толстов С.П. (ред.) Родовое общество. Этнографические материалы и исследо-
вания. М.: Изд-во АН СССР, 1951.
Туторский А.В., Сафронов А.В., Каргина Н.П. Юрий Валентинович Кнорозов -
выпускник кафедры этнографии исторического факультета Московского уни-
верситета // Вестник Московского университета. Серия 8, История. 2022. № 6.
Coe S.D., Coe M.D. Review of: Knorosov Y.V. Diego de Landa: Soobshchenie o
delakh v Yukatani, 1566 [Relacion de las Cosas de Yucatan] // American Antiquity.
1957. Vol. 23. № 2. P. 207-208.
Knorozov Y.V. Le pantheon des anciens Maya // VII Международный конгресс ан-
тропологических и этнографических наук. Москва (3-10 августа 1964 г.):
В 11 т. Т. ХI. М.: Наука, 1971. С. 126-132.
R e s e a r c h A r t i c l e
Beliaev, D.D. Yurii Valentinovich Knorozov in the Context of the Soviet
Ethnographic Science of the Mid and Late Twentieth Century
[Yurii
Valentinovich Knorozov v kontekste sovetskoi etnograficheskoi nauki serediny -
vtoroi poloviny XX v.]. Etnograficheskoe obozrenie, 2023, no. 5, pp. 10-24.
© Russian Academy of Sciences © Institute of Ethnology and Anthropology RAS
State University for the Humanities (6 Miusskaya sq., 125993, Moscow, GSP-3,
Russia) | Institute of Ethnology and Anthropology, Russian Academy of Sciences
(32a Leninsky prospect, Moscow, 119991, Russia) | National Research University
Higher School of Economics (11 Pokrovsky Bulvar, Moscow, 109028, Russia)
Keywords
history of anthropology, Yu. V. Knorozov, Soviet Ethnography, Americanist studies,
Maya, ethnographic theory, etnosemiotics
Abstract
The article is devoted to the analysis of theoretical ideas of Yuri Knorozov
(1922-1999) in the context of the development of Soviet ethnology/ethnography.
In the late 1940s, Knorozov’s ideas were influenced by his peer professors Sergei
Tolstov and Sergei Tokarev. It is likely that Knorozov’s first theoretical work dedicated
to the origins of exogamy was written following Tolstov’s ideas. The interest of the
young Knorozov in the study of shamanism and secret societies also finds parallels
in Tolstov’s works. At the same time, Knorozov suggested a new concept of the
evolution of the calendar and its connection to the dual organization of the primitive
society and its survivals in early class societies. In the 1960s, he paid less attention
to ethnology and started his collaboration with linguists and experts in cybernetics,
working on the development of the theory of signalization and general scheme of the
decipherment. Knorozov returned to the ethnological issues later in the 1970s and
turned again to the study of the relation between calendar, religion, and the tribal dual
organization among the Ancient Maya. The theory of ethnosemiotics formulated by
Knorozov in the late 1970s can be considered as an alternative to the official Soviet
theory of ethnos elaborated under the aegis of Yulian Bromley in the same decade.
Funding Information
Russian Science
Foundation,
[grant number 23-18-01091]
22
Этнографическое обозрение № 5, 2023
References
Alymov, S.S. 2022. Sovetskaia etnografiia pod “zapadnym vzgliadom”: mikroistoriia
simpoziuma “Uchenie L.G. Morgana o periodizatsii pervobytnogo obshchestva
v svete sovremennoi etnografii” na VII MKAEN v Moskve v 1964 g. [Soviet
Etnography Under
“Western Scrutiny”: Microhistory of the Symposium
“L.G. Morgan’s Theory on the Periodization of the Primitive Society in Light
of the Contemporary Etnography” during the VII IUAES in Moscow in 1964].
In Za sinei ptitsei (antropologiia akademicheskoi zhizni). Pamiati G.A. Komarovoi
[Following the Blue Bird (the Anthropology of the Academic Live): In Memory
of G.A. Komarova], edited by E.-B. Guchinova and V.A. Shnirel’man, 98-119.
Moscow: IEA RAN.
Alymov, S.S.
2023. VII Mezhdunarodnyi kongress antropologicheskikh i
etnograficheskikh nauk v Moskve (1964) i transformatsiia sovetskoi etnografii
v epokhu ottepeli [The VII International Congress of Anthropological and
Ethnological Sciences and the Transformation of Soviet Ethnography during the
Thaw]. Sibirskie istoricheskie issledovaniia 1: 96-127.
Butinov, N.A., and Y.V. Knorozov. 1956. Predvaritel’noe soobshchenie ob izuchenii
pis’mennosti ostrova Paskhi [Preliminary Report on the Research of the Easter
Island Writing]. Sovetskaia etnografiia 4: 77-91.
Coe, M. 2021. Razgadka koda maiia: kak uchenye rasshifrovali pis’mennost’ drevnei
tsivilizatsii [Breaking the Maya Code: How the Scientists Deciphered the Writing
of the Ancient Civilization]. Moscow: Bombora.
Coe, S.D., and M.D. Coe. 1955. Review of Diego de Landa: Soobshchenie o delakh v
Yukatani, 1566 [Relacion de las Cosas de Yucatan], by Y.V. Knorosov. American
Antiquity 23 (2): 207-208.
Dolgova, E.A. 2019. Nauchnyi sotrudnik Y.V. Knorozov v Gosudarstvennom
muzee etnografii narodov SSSR [The Research Fellow Y.V. Knorozov in the
State Museum of the Etnography of the Peoples of USSR]. In IX Knorozovskie
chteniia: Drevnie tsivilizatsii Starogo i Novogo Sveta [IXth Knorozov Readings:
Ancient Civilizations of the Old and New World], edited by G.G. Ershova,
93-102. Moscow: RGGU.
Dolgova, E.A. 2022. Avtobiografiia Y.V. Knorozova: evoliutsiia dokumenta v lichnom
dele issledovatelia [Autobiography of Y.V. Knorozov: Evolution of the Document
in the Personal Dossier of the Scholar]. Vestnik arkhivista 3: 796-809.
Dolgova, E.A., and G.G. Ershova. 2022. “Osoboe vnimanie udeliaetsia zabytym
sistemam pis’ma…”. Dokladnaia zapiska Y.V. Knorozova ob organizatsii gruppy
etnicheskoi semiotiki v Institute etnografii AN SSSR. 1979 g. [“Special Attention
Is Paid to the Forgotten Scripts…”: Y.V. Knorozov’s Memorandum on the
Organization of the Group of Ethnic Semiotics]. Istoricheskii arkhiv 4: 50-56.
Ershova, G.G. 2018. Teoreticheskoe nasledie Y.V. Knorozova: k 70-letiiu pervoi
nauchnoi publikatsii [Theoretical Heritage of Y.V. Knorozov: On the 70th
Anniversary of the First Research Publication]. Izvestiia Rossiiskoi akademii
nauk. Seriia literatury i yazyka 77 (6): 60-68.
Ershova, G.G. 2019. Poslednii genii XX veka: Yurii Knorozov: sud’ba uchenogo [The
Last Genius of the 20th Century: Yuri Knorozov: The Destiny of the Scholar].
Moscow: RGGU.
Ershova, G.G., and E.A. Dolgova. 2018. “Vot vse, chto ya mogu skazat’ o predlagaemoi
rabote”: Dissertatsionnyi disput Y.V. Knorozova. 1955 g [“That’s All That I Can
Tell About the Presented Work”: Dissertation Dispute of Y.V. Knorozov, 1955].
Istoricheskii arkhiv 5: 29-53.
Ignatiev, R.N. 2021. A.V. Efimov i sovetskaia “etnoamerikanistika”: ottepel’ i
zamorozki [Alexei Vladimirovich Efimov and Soviet “Etnoamerikanistika”: The
Беляев Д.Д. Юрий Валентинович Кнорозов в контексте советской этнографической науки...
23
Thaw and Cold Times]. Sibirskie istoricheskie issledovaniia 1: 88-137. https://
doi.org/10.17223/2312461Х/31/6
Ivanov, V.V. 1998. Akademik A.I. Berg i razvitie rabot po strukturnoi lingvistike
i semiotike v SSSR [The Academician A.I. Berg and the Development of the
Works on Structural Linguistics and Semiotics in the USSR]. In Ocherki istorii
informatiki v Rossii [Essays on the History of the Informatics in Russia], edited
by D.A. Pospelov and Y.I. Fet, 257-273. Novosibirsk: Nauchno-izdatel’skii tsentr
OIGGM SO RAN.
Kinzhalov, R.V. 2012. Iz proshlogo [From the Past]. St. Petersburg: Sviato-
Aleksievskaia Pustyn’.
Knorozov, Y.V. 1949. Mazar Shamun-nabi (Nekotorye perezhitki domusul’manskikh
verovanii u narodov Khorezmskogo oazisa)
[Mazar Shamun-nabi (Some
Remnants of Pre-Muslim Beliefs Among the Peoples of the Khwarazm Oasis)].
Sovetskaia etnografiia 2: 86-97.
Knorozov, Y.V. 1955. “Soobshchenie o delakh v Yukatane”: Diego de Landa kak
istoriko-etnograficheskii istochnik [Diego de Landa’s Relacion de las Cosas de
Yucatan as a Historic and Ethnographic Source]. In Diego de Landa. Soobshchenie
o delakh v Yukatane, 1566 g. [Diego de Landa. Relacion de las Cosas de Yucatan,
1566], 3-96. Moscow; Leningrad: Izdatel’stvo AN SSSR.
Knorozov, Y.V. 1963. Pis’mennost’ indeitsev maiia [The Writing of the Maya Indians].
Moscow; Leningrad: Izdatel’stvo AN SSSR.
Knorozov, Y.V. 1964. Panteon drevnikh maiia [Pantheon of Ancient Maya]. Moscow:
Nauka.
Knorozov, Y.V. 1971. Zametki o kalendare maiia: obshchii obzor, I [Notes on Maya
Calendar: An Overview, I]. Sovetskaia etnografiia 2: 77-86.
Knorozov, Y.V. 1971. Zametki o kalendare maiia: obshchii obzor, II [Notes on Maya
Calendar: An Overview, II]. Sovetskaia etnografiia 3: 33-39.
Knorozov, Y.V. 1971. Le pantheon des anciens Maya [The Pantheon of the Ancient
Maya]. In VII Mezhdunarodnyi kongress antropologicheskikh i etnograficheskikh
nauk. Moskva (3-10 avgusta 1964 g.): V 11 t. [The 7th International Congress
of Anthropological and Ethnographic Sciences, Moscow, August 3-10, 1964],
ХI: 126-132. Мoscow: Nauka.
Knorozov, Y.V. 1973. Zametki o kalendare maiia: 365-dnevnyi god [Notes on Maya
Calendar: 365-Day Year]. Latinskaia Amerika 1: 70-80.
Knorozov, Y.V. 1973. Zametki o kalendare maiia: Monument E v Tres-Sapotes [Notes
on Maya Calendar: Tres Zapotes Monument E]. Latinskaia Amerika 6: 81-90.
Knorozov, Y.V.
1975. Ieroglificheskie rukopisi maiia
[Maya Hieroglyphic
Manuscripts]. Leningrad: Nauka.
Knorozov, Y.V. 2018. Izbrannye trudy [Selected Works]. St. Petersburg: MAE RAN.
Knorozov, Y.V. 2022. Izbrannye trudy [Selected Works], edited by M.F. Albedil.
St. Petersburg: MAE RAN.
Korsun, S.A. 2019. Prevratnosti sud’by Y.V. Knorozova [Vicissitudes of Fate of Yuri
V. Knorozov]. Latinskaia Amerika 1: 79-87.
Kutateladze, S.S.
2006. Leonid Kantorovich, Yurii Knorozov i mashinnaia
deshifrovka pis’ma maiia [Leonid Kantorovich, Yurii Knorozov and the Machine
Decipherment of the Maya Script]. Informatsionnyi biulleten’ assotsiatsii
“Istoriia i komp’iuter” 33: 210-219.
Plungian, A.M. 2019. Zametki k biografii Yuriia Valentinovicha Knorozova [Notes on
the Biography of Y.V. Knorozov]. In IX Knorozovskie chteniia: Drevnie tsivilizatsii
Starogo i Novogo Sveta [IXth Knorozov Readings: Ancient Civilizations of the
Old and New World], edited by G.G. Ershova, 54-68. Moscow: RGGU.
Snesarev, G.P. 1969. Relikty domusul’manskikh verovanii i obriadov u uzbekov
24
Этнографическое обозрение № 5, 2023
Khorezma [Relicts of the Pre-Muslim Beliefs and Cults Among the Uzbecs of
Kwarazm]. Moscow: Nauka.
Snesarev, G.P. 1983. Khorezmskie legendy kak istochnik po istorii religioznykh kul’tov
Srednei Azii [Khwarazm Legends as a Source on the History of the Religious
Cults of Middle Asia]. Moscow: Nauka.
Tolstov, S.P. 1931. Problemy dorodovogo obshchestva [Problems of Pre-Kinship
Society]. Sovetskaia etnografiia 3-4: 69-103.
Tolstov, S.P. 1948. Drevnii Khorezm. Opyt istoriko-arkheologicheskogo issledovaniia
[The Ancient Khwarazm: An Attempt of the Historic and Archaeological Study].
Moscow: Izdanie MGU.
Tolstov, S.P., ed.
1951. Rodovoe obshchestvo. Etnograficheskie materialy i
issledovaniia [The Kinship Society: Ethnographic Materials and Studies].
Moscow: Izdatel’stvo AN SSSR.
Tutorskii, A.V., A.V. Safronov, and N.P. Kargina. 2022. Yurii Valentinovich
Knorozov - vypusknik kafedry etnografii istoricheskogo fakul’teta Moskovskogo
universiteta [Yuri Valentinovich Knorozov, A Graduate Student of the Department
of Ethnography of the Faculty of History of The Moscow University]. Vestnik
Moskovskogo universiteta. Seriia 8, Istoriia 6: 122-146.
Zhdanko, T.A. 1997. Etnograficheskie issledovaniia i etnografy Khorezmskoi
ekspeditsii [Ethnographic Studies and Ethnographers of the Kwarazm Expedition].
Etnograficheskoe obozrenie 1: 15-33.
Zolotarev, A.M. 1931. Proiskhozhdenie ekzogamii [The Origins of the Exogamy].
Izvestiia Gosudarstvennoi akademii istorii material’noi kul’tury 10 (2/4).
Zolotarevskaia, I. 1947. Diskussiia o probleme ekzogamii [Discussion on the Problem
of the Exogamy]. Sovetskaia etnografiia 3: 151-154.
